?

Log in

18 окт, 2012 @ 07:48 Московская Русь и Казанская орда. Часть 2.
About this Entry
sergey_rf_965:
В октябре этого года исполнилось 460 лет со дня взятия Казани войсками Ивана Грозного, к юбилею этой Великой Победы выкладываю 2-ю часть своего очерка о борьбе Московского государства с Казанской ордой. Первую часть см. здесь:
http://oldrus.livejournal.com/284120.html

Московская Русь и Казанская орда. Часть 2.



Победа 1487 года и установление вассальных отношений, хоть и обезопасила на достаточно длительное время Русь от казанских нападений, но не привела к окончательному решению «казанского вопроса». Значительная часть казанской знати была настроена враждебно по отношению к Москве и стремилась освободиться от вассальной зависимости.
Первое после 1487 года антирусское выступление казанских татар произошло в 1596 году: некоторые представители казанской знати недовольные своим ханом Мухаммед-Эмином, вступили в сговор с сибирским ханом Мамуком, и в 1496 году последний двинулся к Казани, однако Иван III, своевременно получив от Мухаммед-Эмина известие о подходе сибирской орды, отправил на помощь своему вассалу воеводу Семёна Ряполовского. Узнав о подходе русских войск Мамук решил прекратить поход. В следующем году Мамуку всё-таки удалось на несколько месяцев захватить Казань, однако и он не сумел наладить отношения с местной знатью, вследствие чего в ханстве началась очередная усобица в ходе которой часть представителей знати обратилась к Ивану III с просьбой отпустить на казанский престол, находившегося в Москве брата Мухаммед-Эмина «царевича» Абдул-Латифа. В итоге Мамук вынужден был оставить Казань, где воцарился новый ставленник Москвы. «И князь великий Иванъ Васильевич, по их челобитию и всеа земли, нелюбья и вины князем Казанскимъ отдалъ, а их пожаловалъ, Магамедь-Аминя царя къ нимъ не послалъ, и нарекъ имъ на царство въ Казань Абдылъ-Летифа царевича, Абреимова сына, меньшаго брата Магамед-Аминя царя. Слышавъ же царь Мамукъ великого князя жалование къ княземъ Казанскимъ и вскоре поиде от Казани въ свояси и на пути умре. Въ лето 7005, Априля, пожаловалъ князь великий Иванъ Василиевичь царевича Абдылъ-Летифа, Абреимова сына, отпустилъ съ Москвы въ Казань на царство, на брата его на старейшаго место Магамедъ-Аминево, а съ нимъ послалъ в Казань князя Семёна Даниловича Холмскаго да князя Федора Ивановича Палецкого. Они же, пришедши въ Казань, месяца Маиа, Абдылъ-Летифа посадиша на царство, да и къ шерти приведоша всехъ князей Казанскихъ и улановъ и земскихъ князей и людей по ихъ вере за великого князя». (Никоновская летопись ПСРЛ, т. 12, стр. 243 http://psrl.csu.ru/toms/Tom_13.shtml).
В 1499 году сибирские татары под предводительством брата Мамука «царевича» Агалака предприняли ещё одну попытку захвата Казани, но благодаря своевременному выдвижению навстречу татарам Русских войск под командованием воеводы Фёдора Бельского, Агалак не рискнул вступить в бой и вернулся назад. Ещё раз Москва оказала помощь своим казанским вассалам в 1500 г., когда на Казань совершили нападение ногайские татары, в отражении набега которых приняли участие и Русские войска князей Михаила Курбского и Петра Ряполовского. Через два года после этого, Абдул-Латиф по каким-то причинам («за его неправду») был отстранён от власти Иваном III, а на казанский престол был вновь возвращён Мухаммед-Эмин.
Казалось, что проблема Казани наконец-то решена, однако 1505 год принёс новое, более серьёзное обострение русско-казанских отношений: на этот раз уже не отдельные представители казанской верхушки, а сам казанский хан вышел из повиновения, и в то время когда Москва вела войну с Литвой, разорвал вассальные отношения с Русью, а в следующем году предпринял неудачную попытку захвата Нижнего Новгорода. Вступивший на московский престол Василий III в том же году отправил войска на Казань, но поход окончился неудачей. Однако в 1507 году, видимо в связи с тем, что Казань не получила поддержки со стороны Крыма и Литвы, Мухаммед-Эмин вынужден был пойти на примирение с Русью и отправил в Москву своего посла с предложением заключить мир. Начались переговоры о мире, до конца 1507 года в Москве и Казани побывало ещё три татарских и русских посольства и наконец в январе следующего года «прииде на Москву ис Казани Иван Григорьев Поплевин, да и грамоты шертные отъ царя Махмедъ-Аминя привезл къ великому князю Василию Ивановичу всеа Русии; да царь предъ нимъ по той грамоте и шерть далъ о дружбе и о братстве, какъ было со отцемъ его съ великимъ княземъ Иваномъ Василиевичемъ всеа Русии; да и техъ людей великого князя царь отпустилъ, кои ему на бою въ руки попали» (Никоновская летопись, ПСРЛ Т.13, стр. 8). В 1512 году условия мирного договора были подтверждены.
В 1516 году в Москву прибыло ещё одно казанское посольство на этот раз Мухаммед-Эмин просил Василия III освободить из заточения своего опального брата Абдул-Латифа, желая видеть последнего своим наследником казанского престола. При этом, послы заявили, что «Магмедъ-Аминь царь да вся земля Казанская дадутъ великому князю правду, какову князь великий похочетъ, что имъ безъ великого князя ведома на Казань царя и царевича никакова не взятии» (Никоновская летопись, ПСРЛ т.13, стр. 25), что свидетельствовало о серьёзном усилении зависимости Казанской орды от Москвы. Однако Василий не отпустил Абдул-Латифа в связи с тем, что этот «царевич» рассматривался в качестве кандидата на казанский престол ещё и враждебным Москве крымским ханом. Впрочем, вскоре проблема наследования казанского престола была решена: находившийся на Руси Абдул-Латиф в 1517 году умер, а ещё через год после смерти Мухаммед-Эмина, новым казанским ханом стал московский ставленник, касимовский «царь» Шах-Али. «Лета 7027 , декабря, умре Казанский царь Махмедъ Амин. Того же лета, марта, приде к великомоу князю сеит со многими Татары Казанскими, и просиша себе царя у великого князя, и дасть имъ князь велики царя Шиголея Городецкого, и посла князь велики проводити его и на царство поставити князя Дмитрея Федоровича Бельского да боярина своего Михаила, Юрьева сына, Захарьичя» (Типографская летопись ПСРЛ, т. 24, стр. 218 http://www.newchron.narod.ru/texts/tip.htm).
Тем временем резко возросла опасность со стороны Крыма, стремившегося подчинить иные татаро-монгольские орды, воссоздав тем самым некое подобие единства бывшей Золотой Орды, в результате в Казани произошло усиление «крымской партии» и в 1521 году прокрымски настроенной частью казанской знати Шах-Али был свергнут, а его место занял крымский ставленник Сагиб-Гирей, в результате чего Казанская Орда была включена в сферу влияния Крыма и сразу же возобновились набеги казанцев на восточные окраины Руси. Так уже через месяц после воцарения Сагиб-гирея, казанские татары совершили набег на Костромскую землю. Тогда же под руководством крымского хана сложилась враждебная Руси коалиция, куда помимо Крыма и Казани вошли ещё Ногайская орда и Великое княжество Литовское. И в том же году состоялось одно из самых крупных нашествий крымцев на Московскую Русь, в котором активное участие приняли и казанские татары: «…из Казани выступил с войском и Сагиб-Гирей, опустошивший Владимир и Нижний Новгород… Казанский царь Сагиб-Гирей всех захваченных им в Московии пленников продал татарам на рынке в Астрахани» (Сигизмунд Герберштейн. Записки о Московии http://www.vostlit.info/Texts/rus8/Gerberstein/frametext7.htm).
Таким образом, с 1521 года фактически прекращается вассальная зависимость Казанского ханства от Московской Руси и начинается длительный период постоянных войн между двумя государствами. Вскоре после окончания нашествия Мухаммед-Гирея, казанцы разорили окрестности Нижнего Новгорода, Мурома, Мещёру и дошли до Тотьмы. В 1522 году нападению казанской орды подверглись районы Галича и Унжи, а в следующем году в Казани был убит русский посол Василий Пережогин. В ответ на враждебные действия казанской орды, Василий III весной 1523 года организовал поход на Казань, в результате которого русским удалось закрепиться в устье реки Суры и основать там крепость Василь-град. В свою очередь татары в октябре того же года вновь пытались захватить Галич. В 1524 году был организован более значительный поход на Казань, который возглавили князья Иван Бельский, Михаил Горбатый, боярин Иван Хабар, а также бывший казанский «царь» Шах-Али, но и этот поход не привёл к каким-либо результатам: взять Казань не удалось и после нескольких месяцев боёв, Русские войска покинули территорию ханства. Тогда же в Казанском ханстве в очередной раз сменилась власть – место Сагиб-Гирея занял другой прокрымский хан Сафа-Гирей, который признал себя турецким вассалом, тем самым для Руси создавалась реальная угроза войны с Османской империей. Видимо это обстоятельство заставило московское правительство временно отказаться от наступательных действий по отношению к Казани и вступить в длительные переговоры о мире, продолжавшиеся до 1529 года. В 1530 году военные действия возобновились: Москва предприняла ещё один поход на Казань, и хотя Русские войска под предводительством воевод Ивана Бельского и Михаила Глинского под стенами Казани «многыхъ людей Казанскихъ побиша», но ханскую столицу взять не удалось и после формального обещания казанских представителей «отъ государя имъ неотступнымъ быти и царя имъ на Казань ни отколе не имати, оприче государя, ково имъ пожалуетъ князь велики дасть» … «великого князя воеводы возвратишася въ свояси» (Никоновская летопись, ПСРЛ, Т.13, стр. 47), военные действия завершились.
Вновь, как и после предыдущего похода, начались обмены посольствами и переговоры о мире. Но уже в мае следующего года, ситуация изменилась в пользу Руси: в Казани произошёл очередной переворот, Сафа-Гирей был свергнут, а на ханский престол был возведён лояльный Руси Яналей. Впрочем, даже нахождение на казанском престоле мирно настроенного по отношению к Москве правителя не могло быть гарантией мира. Так, в 1533 году некие «казанские люди», вероятно из числа неподконтрольных новому хану представителей казанской знати, совершили грабительский набег на окрестности Нижнего Новгорода. А ещё через два года Яналей был убит и к власти в Казани вернулся крымский ставленник Сафа-Гирей, что естественно привело к возобновлению практически непрерывных военных столкновений двух государств. В январе 1536 года казанские татары совершили несколько набегов на Нижний Новгород, тогда же набегу подверглась Балахна, в том же году набегу подверглись окрестности Костромы, Вологды и Галича. В ответ на переворот в Казани, правительство Елены Глинской отправило в поход на ханство войска, однако из-за бездействия воевод Семёна Гундорова и Василия Замытского поход не состоялся. Более удачливыми оказались воеводы Семён Сабуров и Иван Карпов, отразившие казанский набег на нижегородскую волость Коряково.
Возобновление враждебных действий со стороны Казанской орды заставило Русское правительство предпринять ряд мер для укрепления обороны «казанской украины», в частности были укреплены уже существующие города (Владимир, Городец Мещерский, Ярославль, Пермь, Устюг) и возведено ряд новых городов-крепостей: Буй-город, Балахна, Любим, Темников и др. Несмотря на укрепление обороны восточных границ, создать оборонительную систему подобную той, что существовала на «крымской украине» не удалось, нападения казанцев на Русь продолжались. В 1537 году Сафа-Гирей напал на Муром, жители города отбили штурм, после чего разорив окрестности Мурома татары повернули на Нижний Новгород, но и здесь орду ждала неудача – после трёхдневной осады и попытки взять город, казанцы потерпели поражение и покинули пределы Руси. Несмотря на поражение, через некоторое время казанские татары подвергли грабительским набегам окрестности Балахны, Городца, Костромы и Галича.
В ответ на приход к власти в Казани «крымской партии» и возобновление нападений, Москва начала подготовку нового похода на Казань, однако дело осложнилось крымским вмешательством: в конце 1537 года крымский хан Саиб-Гирей писал Ивану IV: «…хочетъ царь бытии с великымъ княземъ въ дружбе и въ братьстве, какъ был отець его Миньли-Гирей царь съ отцем твоимъ с великымъ княземъ Василиемъ, а князь бы великий помирился нас для съ Сафа-Киреемъ царевичем, что он на Казани». В свою очередь и казанский хан «прислал къ великому государю своего человека Усеина-князя з грамотою, а писалъ царь въ грамоте чтобы князь великий похотелъ с нимъ быти въ миру» (ПСРЛ Т.13 Никоновская летопись стр. 121, 122). Не решившись на войну сразу с двумя татарскими ордами, правительство Глинской начало обмен посольствами и переговоры с Казанью, которые продолжались на протяжении всего 1538 года и впоследствии периодически возобновлялись. Но мира это не принесло, грабительские нападения Казанских войск не прекращались: в 1538 году ордынцы совершали походы на Кострому, Вологду, Муром, Галич и их окрестности. В 1539 году казанцы захватили и разрушили недавно построенный город-крепость Жиланский, весной 1540 года были разорены костромские места, а в декабре того же года сам хан во главе 30-тысячного войска предпринял попытку захвата Мурома, муромцы под руководством воевод Ивана Стригина Ряполовского, Ивана Шереметева и Петра Деева отстояли город, после чего, узнав о выдвижении из Владимира русских войск хан прекратил осаду города, разорив при отступлении его окрестности. Тогда же, в декабре другая татарская рать совершила набег на район Нижнего Новгорода. Весной 1541 года началось сосредоточение Русских войск во Владимире для похода на Казань, но поход был сорван в результате крупномасштабного нашествия крымской орды. В декабре 1541 года состоялось ещё одно нападение казанцев на Нижний Новгород. В 1542 году казанская орда разорила Устюг, тогда же татары совершили нападение на Вятку, но на этот раз казанское войско было разгромлено вятчанами под Котельничем. Осенью того же года вновь был разорён район Мурома. А зимой 1544 года Сафа-Гирей организовал крупномасштабное нашествие на владимирские земли, при этом посланные против ордынцев воеводы «не успели ничего»
Таким образом, на 30-е первую половину 40-х годов 16 века приходится наибольшее количество казанских нападений. Вот как описывает автор «Казанского летописца» нападения орды и их последствия: «…Казанцы же не такъ губяше Русь, всегда изъ земли Рускія не изхождаху: овогда съ царемъ своимъ, овогда же воеводами воююще Русь, посекающе, аки сады, Рускія люди и кровь ихъ, аки воду, проливающе, отъ нашихъ же христіянъ, христовыхъ воеводъ, Московскихъ князеи и боляръ, противъ стати и возбранит не могуще оть сихъ свирепства и суровства. И всемъ тогда беда и тоска велика въ украине живущимъ варваръ техъ, у всехъ Рускихъ людеи ото очію слезы текуще, аки реки; крыющеся въ пустыняхъ, въ лесахъ и въ горахъ, въ теснотахъ горкихъ живяху зъ женами и зъ детми, оть поганыхъ варваръ техъ покидающе родъ и племя отечества своя бежаху во глубину Русь. Мнози гради Русти роскопаша, и травою и быліемъ заростивша, села и деревни, многія улусы орастеша былемъ отъ варваръ. Великія монастыри и святыя церкви оскверниша лежаще и спяше, блудъ надъ пленомъ творяще зъ женами и зъ девицами, и святыя образы секирами разсекающе… И продаваша мирскіи полонъ въ далныя Срачины, имъ и выти не могуще. А иныя черница, аки простыя девица, за себя поимаша надъ мирскими же девицами, предъ очима отцовъ и матереи, насилствующе, блудное дело творяще, и надъ женами предъ очима мужеи, еще же надъ старыми женами, кои летъ 40 или 50 вдовствующе пребываше. Несть беззаконія исчести мошно тобе. Есмь самъ видехъ очима своима - пишу сія, видехъ горкую беду сію. Православніи же христьяне по вся дни Татары и Черемисою въ пленъ ведомы, а старымъ коимъ очи избодаху, уши, и уста, и носъ обрезаша, зубы искореневаху, и ланиты выломляху; овемъ же руце и нозе отсецаху; такъ пометаху по земле: тело валяшеся, после умираше; инымъ же главы отсецаху и на двое разсекаху; ови же удами, за ребра и за ланиты пронизающе, повешаху, а иныхъ на коля посажаху около града своего, и позоры деяху, и смехъ. Оле Христе царю терпенія твоего! И сіе же злее паче сихъ всехъ реченныхъ - младенца незлобивая отъ пазухъ матереи своихъ и техъ, погани кровопіицы, о камень ударяху, и задавляху, и на копьяхъ прободающе подымаху. … Злато и сребро въ мегновеніе ока имаше. Поганіи же Казанцы все себе поимаху поплененную Русь и прелщаху имъ мужескъ полъ и женескъ въ Срацынскую веру, принуждаху пріяти. Неразумніи же мнози пріимаху Срацынскую веру ихъ, нужи, страха ради мукъ, и запроданія боящеся, и прелстишася: горе варваръ и Черемиса хрестьянъ губяху. А кои же не восхотеша веры пріяти, и техъ, аки скотъ, овехъ толпами, перевязанныхъ, держаща на торгу, продаваху иноземцамъ поганымъ.» (Казанское взятье или Сказанiе о начале царства Казанского и о взятiи онаго. http://www.newchron.narod.ru/texts/kazan.htm#24).
Со второй половины 40-х годов Московская Русь начинает более решительную политику по отношению к Казани. В 1545 году войско под командованием воеводы Семёна Пункова выступило в поход на ханство и разорило окрестности Казани. Одновременно Москва налаживает контакты с недовольными действующим ханом представителями «прорусской партии» в самом ханстве. И вот в начале 1546 года в Казани происходит ещё один переворот в результате которого был свергнуть Сафа-Гирей и на казанский престол возведён ставленник Руси Шах-Али. Но уже через месяц казанцы его свергли и к власти вернулся Сафа-Гирей. Зимой 1547 года Иван IV вновь послал на Казань войска под командованием воеводы Александра Горбатого, однако никаких особых успехов этот поход не принёс, русские разорили западные районы ханства и вернулись назад. Ничем закончился и поход, состоявшийся в феврале 1548 года, войска под командованием Дмитрия Бельского подошли к Казани, но взять город не удалось. Осенью 1548 года уже казанцы совершили набеги на районы Галича и Костромы и были разбиты войсками костромского наместника Захара Яковлева. А в марте 1549 года умер Сафа-Гирей и новым ханом формально стал двухлетний Утямыш-Гирей. Между тем набеги казанской орды не прекращались: в том же месяце казанцы разорили район Мурома. Следующий поход на Казань состоялся в ноябре 1549 – феврале 1550 года. Русские войска под командованием царя подошли к Казани, однако рано начавшаяся оттепель и распутица сделали невозможным дальнейшую осаду крепости и русские полки отошли от ханской столицы. Тем не менее, летом 1551 года, казанцы свергли Утямыша и обратились к Ивану IV с просьбой о возведении на престол, находившегося на Руси Шах-Али, но и на этот раз его правление продолжалось не долго: в начале 1552 года, недовольные им представители знати обратились к Ивану IV «чтобы государь пожаловалъ, царя Шигалея свелъ съ Казани, а далъ бы имъ наместника, боярина своего…». Шах-Али был смещён, однако, посланный царём в качестве наместника князь Семён Микулинский не был допущен в Казань, казанцы «государю изменили… городъ затворили, … да и въ Нагаи послали царя просити» (Никоновская летопись ПСРЛ, Т. 13, стр. 173-177). И вскоре в Казань вступил бывший астраханский «царевич» Едигер с ногайским войском, ставший последним правителем казанского государства.
Вероятно тогда же царь и московское правительство окончательно взяли курс на полную ликвидацию Казанской орды. Пока казанский престол занимал, враждебно настроенный к Руси прокрымский хан, мира с казанской ордой быть не могло, впрочем не давало гарантии мира и нахождение у власти «прорусского» хана, который в любой момент мог быть свергнут либо сам изменить Русскому царю. Стало очевидным, что казанскую проблему можно решить только уничтожив Казанское ханство – постоянный источник угрозы безопасности Московской Руси. Началась подготовка к новому походу, призванному положить конец Казанской орде: ещё в 1551 году на подступах к Казани была возведена крепость Свияжск, ставший опорным пунктом для наступающих войск, а к лету 1552 года было собрано войско, численность которого достигала 150 тысяч ратников. Между тем крымский хан попытался сорвать русский поход, совершив в июне нападение на Тулу, Русское командование вынуждено было приостановить выдвижение войск, однако после отражения крымского нашествия, русские полки, под командованием Царя и Великого князя Иоанна IV Васильевича Грозного и воевод Петра Шуйского, Александра Горбатого, Ивана Мстиславского, Дмитрия Микулинского, Петра Щенятева, Михаила Воротынского, Дмитрия Хилкова, Михаила, Глинского, Михаила Морозова, Андрея Курбского, Василия Серебряного, Ивана и Семёна Шереметевых, Ивана Пронского, Дмитрия Плещеева, а также отряд бывшего казанского «царя» Шах-Али, выдвинулись в поход на Казанскую орду и в августе достигли её столицы.
На подступах к Казани, ордынцы попытались остановить русскую рать, но были разбиты и отступили в крепость. Началась осада, сопровождавшаяся периодически вспыхивающими стычками русских войск с делавшими вылазки осаждёнными татарами, а также с находившимися за пределами города вражескими отрядами. В сентябре русские войска разбили находившееся в окрестностях города ордынское войско, обезопасив тем самым себя от удара с тыла и началась подготовка к решающему штурму. Под стенами крепости были сделаны подкопы и заложены пороховые заряды. В результате первой атаки русских войск была захвачена одна из башен крепости, а через несколько дней, 2 октября в двух местах была взорвана крепостная стена и начался общий штурм: в проломы и на стены со всех сторон устремились штурмовые отряды, и сломив оборону ордынцев ворвались в город «Воеводы же съ пешцы ко граду приступльше и единемъ часомъ мало трудни деветеры врата града изломиша, и во градъ внидоша, и путь всюде сотвориша всему Рускому воинству, и самодержцово знамя вознесше на граде поставиша, христьянское победителство на поганыхъ являющи всемъ…». Казанцы продолжали защищаться, бои продолжились на улицах города, но уже к концу дня большая часть Казани была в руках русских: «И мало бившеся и потопташа Казанцовъ Русь, и вогнаша ихъ въ улицы града, біюще, и сецаху Казанцовъ, не зело много имъ, не успевающимъ скакати по всемъ местомъ граду, всюду врать и проломовъ бреши, и битися со всеми не могущимъ, яко уже полонъ градъ Руси, аки мышца насыпано; и тако бегающе біяхуся, и на бои ставляхуся многажды, и воздержеваху многихъ преднихъ немнози, и силныхъ убиваху несилны, донележе созади Русь приспевши и побиваху ихъ; ини же вбегаху въ домы своя и запирахуся во храминахъ, и біяхуся оттоле. Но не можетъ малъ пламень много удержати, противитися велицеи воде гашенію, но скоро угасаетъ, и ни малая прудина - великія реки быстрины, сице же ни Казанцы много стояти противу толикого множества Рускихъ вои, и паче же рещи Божія помощи». Оставшиеся в живых несколько тысяч защитников, осознав безсмысленность дальнейшего сопротивления вырвались из крепости, но недалеко от города были остановлены и разбиты. Тем временем в самом городе последние очаги сопротивления были подавлены «скоро побеждени бываху Казанцы, яко трава посецахуся», Казань, теперь уже бывшая столица бывшего ханства, оказалась под полным контролем Русских войск, и в поверженный город въехал Русский Царь: «И егда исчистиша градъ, тогда самъ благоверны царь и великіи князь во фторникъ въехавъ въ столныи градъ Казань, въ 3 часъ дни, со всею своею силою, предидущимъ предъ нимъ хоругови его, образу Спасову и того рожши пречистои Богородицы, и честному кресту, и пріехавъ на велію площадь къ цареву двору и ту соиде съ коня своего, дивяся во уме своемъ, и чюдяся; и павъ на землю благодаряше Бога, зря на образъ его, еже на хоругови, и на пречистую Богородицу, и на честны крестъ Спасовъ, слезы точа о неначаемыхъ избывшихся ему». (Казанский летописец http://www.newchron.narod.ru/texts/kazan.htm#24).
На этом последняя русско-казанская война завершилась. Казанское ханство, первое из татаро-монгольских государств, образовавшихся на месте бывшей Золотой Орды, пало под Русским ударом и было ликвидировано, Среднее Поволжье вошло в состав Руси, а ранее подвластные монгольским правителям народы стали подданными Русского царя. Взятие Казани явилось началом нового этапа в многовековом противостоянии Руси и «евразийской» степи. Русское государство, освободившееся восемьдесят лет назад от монгольского ига, через сотни лет после Святослава и Мономаха вновь перешло в наступление и нанесло сокрушительное поражение одной из татарских орд, в результате чего обезопасило свои восточные рубежи от разрушительных вторжений и впервые присоединило к себе часть бывших владений Улуса Джучи, тем самым положив начало Русскому «натиску на восток», расширению Русской Державы и жизненного пространства Русского народа за счёт обширных территорий, на протяжении тысячи лет бывших под властью кочевников. Следует отметить и международное значение этой Победы: в то время когда Османская орда покорила Балканские страны и распространила свою власть до центра Европы, на востоке континента, Европейская цивилизация в лице Московской Руси нанесла Азии решительное поражение… Пройдёт ещё около двух с половиной веков, прежде чем все оставшиеся осколки Золотой Орды будут уничтожены и борьба славянства, Руси и Российской Империи со степью победно завершится, борьба наступательный победоносный период которой начался с Великой Победы 1552 года.
[User Picture Icon]
From:swinow
Date:Октябрь, 18, 2012 11:14 (UTC)
()
Супер, как всегда супер! Очень люблю Ваши тексты!
(Ответить) (Ветвь дискуссии)
[User Picture Icon]
From:sergey_rf_965
Date:Октябрь, 18, 2012 14:42 (UTC)
()
Спасибо! Благодарю и Вас за отличные посты о Балтийской Руси, и обещаю продолжить размещение очерков на тему о взаимоотношениях славян и Руси с кочевниками. Прошёлся по всем татаро-монгольским ханствам, на очереди гунны, печенеги и другие "евразийцы".
(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)
[User Picture Icon]
From:swinow
Date:Октябрь, 18, 2012 18:57 (UTC)
()
Отлично!
(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)
[User Picture Icon]
From:te_el
Date:Октябрь, 18, 2012 11:27 (UTC)
()
А кто это - на коне-то?
(Ответить) (Ветвь дискуссии)
[User Picture Icon]
From:sergey_rf_965
Date:Октябрь, 18, 2012 14:44 (UTC)
()
Наш Великий правитель. Царь и великий князь Московский и всея Руси Иоанн IV Васильевич Грозный!
(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)
[User Picture Icon]
From:di_v_puti
Date:Ноябрь, 25, 2012 14:38 (UTC)
()
Большое спасибо за статью!
(Ответить) (Ветвь дискуссии)