Varing (varing) wrote in oldrus,
Varing
varing
oldrus

Categories:

Язычество и христианство в Древней Руси

Взаимоотношения язычества и христианства в Древней Руси носили сложный и противоречивый характер. Осмысление их специфики, начавшееся ещё в первые века христианства на Руси, было первоначально достаточно односторонним. Само церковное понятие «язычник» означало «чужой», «посторонний», «прочий». Идея неприятия язычества проводилась в большинстве средневековых письменных источников, объединяя «Сказание о распространении христианства на Руси», Изборник Святослава 1073 года, «Повесть временных лет», «Память и похвалу князю русскому Владимиру» Иакова Мниха, жития святых и т.д. Из этого ряда выпадает разве что «Слово о полку Игореве», само по себе величайшее и неповторимое произведение, автор которого прекрасно знал языческую мифологию. Вообще упоминания о языческих обычаях, противных христианству, приходили на Русь с переведёнными богословскими трудами, но встречались они и в светской литературе. Представление о языческих богах как о бесах было присуще также и летописям наиболее ранних редакций.
«Слова», направленные против язычества, были настолько широко употребляемы древнерусскими книжниками, что их фрагменты встречаются в различных документальных памятниках Древней Руси и, как следствие, в многочисленных документах XIV-XVII веков. В «Домострое» - знаменитом своде правил, регламентирующим положение и поведение свободного человека, можно встретить главу «О волховании и о колдунах», где приводились разъяснения правил Шестого Константинопольского и Анкирского соборов [См.: Домострой. – М., 1990].
До революции большинство исследователей придерживалось точки зрения, что язычество неотъемлемо от чего-то варварского и дикого. Историк С.М. Соловьёв, например, писал, что «русское язычество было так бедно, так бесцветно, что не могло с успехом вести спора ни с одною из религий, имевших место в юго-восточных областях тогдашней Европы, тем более с христианством» [Соловьёв С.М. История России. Кн. 1. – М., 1959. – С. 178]. В советское время к русскому язычеству относились как к некоему народному наследию, неотделимому от фольклора. Правда, многие авторы были склонны видеть во взаимоотношениях язычества и христианства жёсткое противоборство, свидетельства которого академик Б.А. Рыбаков находил даже в эпических произведениях [Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси. – М., 1988. – С. 382-411]. М.Ю. Брайчевский писал о некой «языческой реакции», которая проявлялась время от времени [Брайчевский М.Ю. Утверждение христианства на Руси. – Киев, 1989. – С. 89-113].
Скорее всего, определённая борьба между язычеством и христианством, действительно, имела место, и возможно, первое время шла с переменным успехом. По крайне мере, в Киевской Руси со второй половины IX века христианские правители чередовались с языческими. Каким же было утверждение христианства на Руси?
Источники крайне скупо говорят о реальных событиях периода сосуществования язычества и христианства в X веке. В агиографической литературе есть рассказ об уничтожении княгиней Ольгой после принятия крещения из рук византийского патриарха языческих святилищ. Иаков Мних писал об этом так: «И потом требища бесовския сокруши и начя жити о Христе Иисусе, возлюбивши Бога» [Цит. по: Голубинский Е.Е. История русской церкви. Т. 1. Первая половина тома. – М., 1901. – С. 241].
Не совсем ясно при этом, почему Ольга, приняв христианство восточного обряда, направила посольство к германскому королю Оттону I с просьбой прислать на Русь проповедников. В итоге в «королевство ругов» был направлен миссионер Адальберт, который достиг Киева около 961-962 гг. Но он встретил такой приём, что едва спас свою жизнь, а германские хронисты винили во всём «вероломных» русов. «Не исключено, - считал А.Г. Кузьмин, - что на заезжих христиан язычники реагировали острее, нежели на домашних» [Кузьмин А.Г. Падение Перуна: Становление христианства на Руси. – М., 1988. – С. 7].
Оба приведённых свидетельства отражают синхронные события, однако, ясности по поводу взаимоотношений между язычеством и христианством они не прибавляют. Не понятно, прежде всего, кто с кем боролся и боролся ли вообще.
Христианство начинает проникать в русскую среду задолго до официальной даты принятия крещения. Возможно, этому способствовали устойчивые контакты с христианскими государствами. Арабский писатель Ибн-Хордадбех в конце IX века писал о русских купцах, приезжавших в Багдад, подчёркивая, что «выдают они себя за христиан, и платят джизию (т.е. пошлину – прим.)» [Новосельцев А.П. Восточные источники о восточных славянах и Руси VI-IX вв. // Древнерусское государство и его международное значение. – М., 1965. – С. 385]. Не ясно, правда, были ли они христианами, или только представлялись таковыми. В некоторых странах пошлина взималась в зависимости от вероисповедания торговца, так что выдавать себя за христиан тоже был смысл. В любом случае, христианство проникало на Русь различными путями. Е.Е. Голубинский писал, например, о том, что на службу к киевскому князю переходили варяги из Константинополя, уже принявшие крещение [Голубинский Е.Е. Указ. соч. – С. 70]. Варяжские князья Аскольд и Дир, отделившиеся от дружины Рюрика и совершившие поход на Византию, приняли после этого похода крещение и обратились к православной вере.
Вопрос о времени более или менее широкого распространения христианства на Руси остаётся в известной мере спорным. «Достоверные сведения о наличии в Киеве христианской общины относятся к середине X века. Узнаём о ней из помещённого в летописи договора князя Игоря с греками 944 года» [Кузьмин А.Г. Указ. соч. – С. 5]. Очевидно, при этом, что христианство проникало на Русь различными путями: из Причерноморья, с Балтики, из подунайских областей. До вхождения западных Карпат в состав государства Пястов, там существовал, вероятно, мощный «плацдарм» православия, с которого со времён Кирилла и Мефодия религиозные идеи могли распространяться на восток.
Важно, однако, помнить, что теоретически само по себе язычество не было тупиковым развитием мировоззрения и духовности. Ко времени крещения Руси, русское язычество представляло из себя достаточно сложную систему с верой в Бога-творца и триединство божественной сущности. На острове Рюген в Балтийском море русское язычество сохранялось почти до того времени, когда восточная Русь столкнулась с монголо-татарским нашествием. И утверждение христианства здесь происходило только с глубоким включением в новый культ прежних обычаев и верований. В Киевской и Новгородской Руси происходило то же самое, породив целую эпоху под названием «двоеверия». При этом, «двоеверие» - это не одновременное существование в обществе языческих и христианских воззрений, независимых друг от друга, а их сосуществование в рамках единой культовой системы поклонения.
Возможно, конкуренция язычества и христианства происходила, главным образом, на социальном уровне. Языческие волхвы имели большое влияние на народ, о чём свидетельствуют, например, многочисленные источники по балтийской Руси. Христианские священнослужители претендовали на ту же роль в обществе, и утверждению христианства зачастую сопротивлялись именно волхвы. Но отнюдь не всегда и не везде язычество и христианство непримиримо противостояли друг другу [Кузьмин А.Г. «Мудрость бо велика есть…» // Златоструй. – М., 1990. – С. 9]. Со временем христианство пустило на Руси глубокие корни и с начала X века через свои общины приобретало влияние на общественную жизнь. Но большую роль в распространении христианства играла и Византия. Император Константин Багрянородный (867-886 гг. правления) говорил, что его дед Василий Македонский не щадил усилий и богатств для христианизации русов [Левченко М.В. Очерки по истории русско-византийских отношений. – М., 1956. – С. 535].
Отдельные группы русов, по всей видимости, приняли крещение уже в IX веке. Но вряд ли была конфронтация между русами-христианами и русами-язычниками. Из текста договора князя Игоря с Византией очевидно, что русы-христиане и русы-язычники были равны в правовом отношении, хотя и несколько обособлены друг от друга. Клятву верности договору они приносят в разных местах, и язычники клянутся своим оружием и именем Перуна, а христиане – в церкви св. Ильи. Кстати именно пророк Илья считается наиболее близким христианским аналогом Перуна.
С IX века Русь начинает утверждаться на международной арене. «Помните ли вы ту мрачную и страшную ночь, - вопрошал патриарх Фотий у современников в связи с походом русов на Константинополь, - когда жизнь всех нас готова была закатиться вместе с закатом солнца и свет нашего существования поглощался глубоким мраком смерти?» И, конечно, в ход шёл испытанный приём – христианизировать воинственных соседей и, тем самым, обезопасить себя от них. На Руси нетерпимость к язычеству привносилась, прежде всего, византийским духовенством. Однако русское православие впитало, при этом, в себя многие языческие черты, обеспечив последовательное духовное развитие народа и государства. С крещением Русь стала поистине могущественной мировой державой того времени, унаследовавшей своё величие от Римской империи.
Tags: традиция, христианство, язычество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 35 comments