aquilaaquilonis (aquilaaquilonis) wrote in oldrus,
aquilaaquilonis
aquilaaquilonis
oldrus

Categories:

Проблема славянского заселения лесной зоны Восточной Европы в свете археологических данных

Вот уже около 250 лет проблема славянской колонизации лесной зоны Восточной Европы привлекает к себе внимание отечественных и зарубежных специалистов. Тем не менее ни относительно времени появления славян на этой территории, ни относительно древностей, с которыми следует связывать это явление, у исследователей нет единого мнения. Появилось ли славянское население здесь из Польского Поморья или из Среднего Поднепровья? Участвовало ли в колонизационном процессе население зарубинецкой или так называемой постзарубинецкой, или черняховской, или тушемлинской, или роменско-боршевской археологических культур? Являются ли бесспорными раннеславянскими памятниками в лесной зоне зарубинецкие поселения и могильники, или деснинские и южнобелорусские памятники III-V вв., или верхнеднепровские поселения, могильники и городища V-VIII вв. круга Тайманово, Колочин, Тушемля, Акатово, или длинные курганы и сопки VI-VIII вв. – погребальные памятники северо-западных областей РСФСР и прилегающих к ним районов Прибалтики, или полусферические курганы с трупосожжением VIII-X вв.? Таков круг вопросов, обойти которые не может ни один исследователь, занимающийся историей железного века и раннего средневековья.
Ввиду отсутствия письменных свидетельств о времени начального этапа славянского заселения лесной зоны у нас, очевидно, есть только одна возможность прийти к однозначному решению данной проблемы. Необходимо выявить бесспорно элементы собственно славянской культуры и проследить их появление на этой территории.
При сборе, систематизации и картировании сельскохозяйственного и некоторых видов бытового инвентаря I тыс. н. э., найденного на территории Восточной Европы, и сравнении его с аналогичным европейским материалом автором было замечено, что в период VI-VII вв. на славянских памятниках Юго-Восточной и Восточной (в Молдавии и Правобережной Украине) Европы появляется специфический набор предметов (рисунок).



Он состоит из наконечников пахотных орудий, серпов с отогнутой рукояткой так называемого древнерусского типа, жерновов от ручных мельниц, имеющих порхлицу, регулируемую цапфу и маховой шток, прикрепленный на периферии верхнего камня, маленьких втульчатых мотыжек-тесал, кос-горбуш, ножей с волютообразным навершием, ножей в кожаных ножнах с деревянной, круглой в сечении рукоятью и клинком, отделенным от черенка высокими асимметричными уступами, калачевидных кресал, ведерок с железными дужками и простыми железными или деревянными обручами, скрепляющими клепки, двушипных втульчатых наконечников стрел.
Важно иметь в виду, что перечисленные выше предметы не случайные вещи, а комплекс, который в отличие от иных с VI-VII вв. характеризует только славянскую культуру. Неразрывность комплекса хорошо подтверждается совстречаемостью отдельных его элементов на одних и тех же памятниках.
Происхождение славянского хозяйственно-бытового комплекса является темой, заслуживающей особого внимания. Предварительно можно сказать, что истоки его формирования различны и в культурном, и в хронологическом отношении. Часть вещей, очевидно, бытовала у славян и до VI-VII в., другая часть, видимо, попала к славянам посредством контакта с кочевым населением. Что касается серпов с отогнутой рукояткой, мельниц описанной выше конструкции, бондарных изделий и, видимо, пахотных орудий с металлическими наконечниками, то здесь ощущается влияние культуры населения, проживающего на территории Подунавья. После дунайских походов VI-VII вв. славянский хозяйственно-бытовой комплекс в рамках рассмотренного выше окончательно формируется и разносится славянами в процессе их расселения в Европе. С VIII в. этот комплекс появляется уже и на Левобережной Украине и только где-то во второй половине VIII в. или в IX в. (точную дату еще предстоит выяснить) – на северных территориях Древнерусского государства.
Вновь появившийся в лесной зоне хозяйственно-бытовой комплекс не имеет генетических корней в инвентаре местного населения. Его инородность очевидна. Поскольку в период VI-VIII вв. он был характерен только для славянских памятников Юго-Восточной, Западной и Восточной (в лесостепной зоне) Европы, мы можем утверждать, что появление этого комплекса в лесной зоне связано с появлением здесь славянского населения. Появившиеся славяне, сравнительно с аборигенами, были носителями более высокой земледельческой культуры, а также владели иными приемами изготовления некоторых видов бытовых предметов.
Земледельческий характер славянской колонизации не вызывает сомнения. Об этом свидетельствуют как находки железных наконечников пахотных орудий и серпов развитых форм, так и семена злаков и сорных растений, которые характерны для старопахотных почв, обнаруженных в нижних слоях древнерусских городов. Более того, в последней четверти I тыс. н. э. появляются поселения, расположенные не на легких песчаных почвах, как это было прежде, а на тяжелых суглинистых и глинистых, которые хорошо увлажнены и наиболее благоприятны для пашенного земледелия. Все древнерусские города в лесной зоне стояли именно на таких почвах.
Таким образом, появление древнерусских городов и городской культуры нельзя рассматривать как заключительный этап эволюции местных памятников, как это обычно считается, ибо и материалы, и топография их расположения свидетельствуют о том, что город – это явление иного порядка. Основой хозяйства вновь появившегося славянского населения было пашенное земледелие, и именно это население приняло непосредственное участие в формировании культуры древнерусского города.
Местные орудия еще бытуют, но постепенно вытесняются славянским хозяйственно-бытовым комплексом, аборигенное население начинает втягиваться в экономическую и культурную орбиту Древнерусского государства.
Вопрос о том, проживало ли славянское население в лесной зоне до VIII-IX вв., еще требует своего решения. Дело в том, что появление славянского хозяйственно-бытового комплекса еще не является доказательством в пользу позднего прихода славян на эту территорию, поскольку волна экспансии VIII-IX вв. могла распространиться и среди славянского же населения, которое находилось на другом уровне культурного развития. Поэтому некоторые виды погребальных памятников и поселений предшествующего времени могут быть также славянскими.

Р.С. Минасян. Проблема славянского заселения лесной зоны Восточной Европы в свете археологических данных // Северная Русь и ее соседи в эпоху раннего средневековья. Л., 1982. С. 24-29
Tags: археология
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments