Category:

Всё, что известно о Рорике Датском и Рорике Вендском, часть 2.

Продолжение текста с детальным рассмотрением данных о Рорике Вендском.

Упоминание в тех же анналах под 845 годом ещё и “вождя нечестивцев Регинхери” (то есть известного по другим источникам знаменитого датского предводителя Рагнара Лодброка), судя по всему, территориально не связано с войной Людовика против “короля язычников Рорика” на Эльбе. Информация про Рагнара видимо была добавлена как ещё один пример той же самой “божьей кары”, постигшей нападавших в разных местах на Франкское государство в 845 году язычников (“при этом также” – “in qua et”). Рагнар сражался тогда с франками не на Эльбе, а на Секване – на Сене, в районе Парижа. Где и погиб от какой-то эпидемии. Об этом прямо говорит такой источник, как “Чудеса святого Германа”. В соответствии с которым, “вождь нарманнов Рагенарий” в 845 году находился при смерти на Сене. То есть – упоминание Рагнара не является доводом в пользу того, что язычники, королём которых был Рорик – были соплеменниками Рагнара, данами. Так что, скорее всего – это были именно венды, о которых перед Рагенхери и говорят “Ксантенские анналы”. 

Далее, Андрей сопоставляет свидетельства разных анналов о войне со славянами и данами в районе Гамбурга в 845 году, включая сюжет о каре постигшей язычников, напавших на христиан из Ксантенских анналов – с немецким текстом, записанным на рубеже 14-15 веков, позже многократно копировавшемся и переписывавшемся в церковных источниках, известном, как “Сказание о гамбургских мучениках, погребённых в Эбсторфе”, “Страсти мучеников, погребённых в Эбсторфе”, “Страдания мучеников, захороненных в Эбсторфе” и т.д. и т.п.  

Основа этого предания восходит, видимо, к нападению норманнов на Саксонию в 880 году. Когда саксы потерпели крупное поражение, о чём говорят, как франкские хроники, так и более поздние немецкие авторы, например, Видукинд Корвейский, Титмар Мерзебургский, Адам Бременский, Гельмольд и т.д. В частности, сообщается, что саксы потеряли своего герцога, 2 епископов, 11 графов и 18 более мелких правителей. В этой войне принимали участие, видимо, и славяне. Так “Хильдесхаймские анналы” приписывают убийство хильдесхаймского епископа славянам, а не норманнам, хотя и датируют его ошибочно вместо 880-го, 875 годом. Так же, по-видимому на сюжет предания повлияли и многие другие столкновения с “язычниками”, которые имели место в районе Гамбурга, включая войну, которую там с ними вёл Людовик II в 845 году. Основное отличие “Сказаний” от сообщений из хроник заключается в локализации места битвы в Эбсторфе, или Гамбурге, увеличении числа погибшей саксонской знати, очень детальном описании христианских чудес и наименовании нападавших не норманнами, а славянами. При этом, гамбургские разновидности этого предания называют местом действия конкретно занятый славянами-язычниками христианский Гамбург (Эбсторф назван там лишь местом погребения мощей мучеников). Временем же действия указывается правление либо Людовика I, либо Людовика II. 

“Сказание” содержит описание того, как после смерти Карла Великого, во времена императора Людовика I, славяне, жившие по другую сторону Эльбы, отпали от христианской веры и восстановили в Гамбурге своих языческих идолов Свентебука, Виттелюбе, Радегаста и других. Гамбургом, владел славянский князь Барух. Славянские города к северу от Эльбы, среди которых были Лауэнбург, Ратцебург, Старигард и Щецин, объединились в военный союз, чтобы противостоять врагам и оказывать друг другу помощь. Начались гонения на христиан. Грабежи, уничтожение церквей, расправы. Славяне убили 60 епископов, вырезав на их головах кресты. 

Следующий император, Людовик II для прекращения этого выделил папе римскому Бенедикту войско, которое тот возглавил лично. Он пошёл на Гамбург с 7 епископами, 7 герцогами, 15 графами и бесчисленным войском. Славяне, схитрив пошли на мир, но тайно послали гонцов к своим союзникам в Старгард и Штеттин. Папе римскому явился ангел и предсказал скорую гибель. В день праздника язычники напали на христиан во время богослужения и убили Бенедикта вместе со всей его общиной. Та же судьба постигла и всех других христиан по эту сторону Эльбы. Лишь немногих забрали в плен в Старгард. Число убитых славянами достигло почти 6000. Головы знатных христиан были выставлены на стенах Старгарда. Пленных заточили в темницу и стали морить голодом. И тут случилось чудо – отрубленные головы на кольях запели церковные гимны, но это не убедило язычников, тогда Бог послал на них 10 казней египетских. Однако, христиан всё равно решили казнить, и Господь послал ангела, который ночью открыл двери темницы, наказав христианам забрать с собой выставленные на стенах старигардской крепости головы мучеников, и когда те явились в Гамбург, местные язычники приняли христианство. Мощи мучеников с разными чудесами захоронили. По другой версии, также изложенной в самой ранней известной рукописи “Сказания” (которая, таким образом, уже является компиляцией из ещё более ранних записей) – пленников с головами выпустил всё же не ангел, а славянский князь, утомлённый “божьими карами” и т.д. 

При этом о мощах неких гамбургских мучеников сообщает уже “Житие святого Ансгария”, а также Адам Бременский. Римский папа Бенедикт действительно однажды был послан немецким императором в Гамбург, и там и умер, но произошло это не во времена Людовика II, то есть в середине 9 века, а в конце 10. Тогда же случилось и очередное разрушение Гамбурга славянами в ходе языческого восстания, что, очевидно, слилось в народной памяти воедино с войной времён Людовика II.

Отрывок “Сказания”, повествующий о захвате в Гамбурге христианских пленников, отправке их в Старигард и казни 60 из них, через вырезание у них на головах крестов, практически дословно повторяет описания из работ Адама Бременского (II 43(41)) и Гельмольда (I, 16). Таким образом, как минимум, во времена Адама, в 11 веке, уже были известны предания о мученичестве христиан в славянских землях. Также, по всей видимости, “Сказание” вобрало в себя устные предания, как немцев, так и славян (учитывая славянские названия, и славянские имена богов) повествующие о многих эпизодах боевых столкновений в северной Саксонии, Трансальбингии и Ободритстких землях. Как более ранних, чем середина 9 века, так и более поздних, включая, походы ободритов на Нордальбингию в 900 и 920 годах, очередное уничтожение Гамбурга в 983 году язычниками Мстивоем и Мечидрагом, разрушение Гамбурга в 1066 году языческим ободритским князем, уроженцем Рюгена, Круто и т.д. и т.п. Многие, из этих эпизодов были отражены и в немецких хрониках. При этом очень важной частью “Сказания” является мотив о занятии славянским князем-язычником уже христианского Гамбурга, гонениях на христиан по всей Нордальбингии, а также карах, постигших язычников и христианских чудесах, заставивших язычников Гамбурга, включая князя, принять христианство. Что явно перекликается со свидетельствами о столкновениях 845 года из франкских хроник. К тому же, время действия “Сказания” прямо определяется либо Людовиком I, либо Людовиком II (которых через несколько веков, во времена, когда предание было записано – вполне могли путать). И заканчивается оно освобождением Гамбурга войсками императора. Что опять же роднит данное повествование с указанными сообщениями из франских хроник о столкновениях 845 года, в одном из которых фигурирует “король язычников Рорик”. 

Пауль выстраивает свидетельства источников в следующую систему: 

“Фульдские анналы”: 845. Три нападения норманнов на франкские земли – на Фризию, по реке Сене и на Саксонию. Поражение Карла. Увод в плен и убийство норманнами большого числа христиан. Разорение Гамбурга норманнами и победа франков над норманнами под Гамбургом.

“Бертинские анналы”: 845. Одновременное нападение норманнов на земли франков, в том числе – на Галлию по реке Сене. Флот норманнов вошёл в Эльбу, но был разгромлен саксами под предводительством Людвига II. Завоевание “города славян” саксонским войском на обратном пути после этого сражения.

“Ксантенские анналы”: 845. Нападение язычников на франкские земли, в том числе – Галлию. Уничтожение христианских монастырей и пленение большого числа христиан язычниками. Поход Людвига II на славян и заключение с ними мира. Эпидемия, покорившая язычников. Смерть, посланная Регинхери карой за разрушение христианских святынь. Принятие христианства королём язычников Рориком, после страшной гибели большого числа язычников и чудесных знамений.

Римберт: Незадолго до смерти Людвига I. Нападение морских разбойников на Гамбург, разграбление ими Гамбурга, после чего язычники оставались в городе 2 суток. [Что, возможно, привело к тому, что далее город был занят князем язычником.]

Саксон Грамматик: Времена после бегства Гериольда в Германию, после 814 г. Поход Рагнара Лодброка против франков на реку Сену. Поражение франкского императора Карла. Император франков находился в это время в Саксонии на границе империи. За разрушение христианских святынь Рагнар был предан страшной смерти.

“Страдания гамбургских мучеников”: Отпадение славян к северу от Эльбы при Людвиге I и преследование ими христиан. Военный поход войск Людвига II или I к границе саксов и славян, и заключение с ними мира. Нарушение славянами договора о мире, убийство и пленение ими большого числа христиан, убийство и разграбление их имущества в подконтрольном славянскому правителю Баруху городе Гамбург. Увод части христианских пленников из Гамбурга в Старгард и неожиданное их освобождение королём язычников, после чудесных знамений и нашедших на язычников бедствий, после чего в Гамбурге вновь было восстановлено христианство.

Реконструкция войны 845 года: 1. разорение Нордальбингии и нападение на Гамбург славянами по суше; 2. нападение датского флота по Эльбе; 3. ответные действия войск Людовика II.
Реконструкция войны 845 года: 1. разорение Нордальбингии и нападение на Гамбург славянами по суше; 2. нападение датского флота по Эльбе; 3. ответные действия войск Людовика II.

Долгое пребывание в устном виде, а равно и многочисленные переписки “Сказания” могли привести к замене, или искажению редких слов. Форма Барух могла стать результатом замены переписчиком “Сказания” незнакомого ему имени по фонетическому сходству на более известное библейское имя Барух, “хорошо подходящее” для “нехристя”. Кроме того, замена имени Roric (варианты написания в немецких источниках: Rorih, Ruoruc, Roruc, Rorik, Ruorich, Rorich, Roric) на Baruch может объясняться опиской в плохо выведенных рукописных латинских “R” и “B”, а равно и “u” и “a”. Что также вполне возможно. В любом случае – имена князя Баруха и его жены (о которой также сообщает “Сказание”) Герины – не характерны для немцев. А имя Борух, в свою очередь, также и для славянского языческого князя является весьма экзотическим. Это и правда могли быть Рорик/Рурик и, например, Ярина. Которые правили ободритами после погибшего Гостомысла.  

В связи с этой историей вероятного вендского короля Рорика и его предшественника, вендского короля Гостомысла, весьма нелишним будет напомнить, что Гостомысл упоминается и в некоторых относительно поздних, или поздних русских источниках. Причём, в том числе, в связи с призванием Рюрика. 

Впервые имя Гостомысл мы видим перед началом “Новгородской Первой летописи”, “Софийской Первой летописи” и “Новгородской Четвёртой летописи” (14–15 век). Так звали первого новгородского посадника:

“А се посадници Новгородьстии:

Гостомыслъ, Коснятин, Остромиръ, Завид, сынъ его Дмитръ, Петрята, Коснятинъ, НинонЂгъ, Сава, УлЂбъ, Гюрята, сынъ его Мирославъ, Микула, сына его два: Петръ, Костянтинъ, Добрына, Костянтинъ МоисЂевич, Борисъ, Завид Дмитриевич, Данило ис Киева, Иванко Павловичь, сынъ его Судило, Якунъ Мирославич (…)”

В связи с призванием Рюрика, Гостомысл упоминается в качестве воеводы новгородцев, который дал перед своей смертью совет призвать князя из Прусской земли в “Послании Спиридона-Саввы”, написанном на рубеже 15–16 веков:  

“И в то время некий воевода новогородскы имянем Гостомысль скончявает житье и съзва владалца сущая с ним Новагорода и рече: "Съвет даю вам, да послете в Прусскую землю мудра мужа и призовите князя от тамо сущих родов римска царя Августа рода. Они же шедше в Прусскую землю и обретошя тамо некоего князя имянем Рюрика, суща от рода римска царя Августа, и молишя его с посланми всех новгородцев. Князь же Рюрик прииде к ним в Новгород и име с собою два брата; имя единому Трувор, другому Синеус, а третий племенник имянем Олег. И оттоле наречен бысть Новъгород Великий; и княжай в нем князь великы Рюрик”.

Кроме того, как старейшина новгородцев, дающий перед смертью совет призвать князя из Прусской земли, Гостомысл упоминается в “Воскресенской летописи”, середины 16 века. 

Это же содержится и в таких летописных обзорах 16–17 веков, как “Густынская летопись” и “Киевский синопсис”. 

Гостомысл назван князем также в “Сказании о Словене и Русе”, вошедшем в состав Летописного свода патриарха Никона 1652-1658 годов, в “Хронографе” 1679 года, и Новгородской Третьей летописи” (“Летописец Новгородский вкратце церквям божьим”) начала 18 века. 

В настоящее время эти свидетельства расцениваются обычно в качестве поздних выдумок. Однако, учитывая приведённые параллели с древними немецкими текстами – скорее следовало бы допустить, что у этой традиции могут быть подлинные и весьма древние основания. Действительно, немецких Гостимуисло и Рорика, записанных в 9 веке, вполне реально сопоставить с нашими Гостомыслом и Рюриком из текстов, описывающих тот же 9 век. И простым совпадением имён – такого рода параллели объяснены быть не могут. Это реальное сближение! Но, московский монах Спиридон Савва, в своём 15 веке, мог ли читать франкские хроники 9 века, или хотя бы “Сказание о мученниках, погребённых в Эбсторфе”? Мы сильно в этом сомневаемся! Вопрос этот конечно является чисто риторическим. А значит – то, что он сообщил, было отражением русской традиции, хотя почти и не фиксировавшейся до того письменно. И пусть в тексте Спиридона Саввы южно-балтийское королевство из которого пришёл Рюрик названо актуальным для 15-16 веков, но по фактологии не совсем точным названием “Пруссия” – суть от этого не меняется. Главное, что русские в то время помнили, что Рюрик пришёл с южного – “немецкого” берега Балтики, и помнили о его предшественнике – Гостомысле. 

Здесь следует напомнить, что А. Никитин, в своё время, предположил, что на Волхов пришёл не сам Рюрик, а только предания о нём с Южной Балтики. Возможно, что так и было! И предания эти включали в себя, в том числе, память о его предшественнике Гостомысле. Смотрите его работу "Повесть временных лет как исторический источник" в главе "Рюрик/Рорик/Рерик" ("Основания русской истории", М.: АГРАФ, 2001, стр 163 и далее). При этом, он отождествлял Рюрика с Рориком “Фрисландским”, и считал, что в 845 году тот был призван вендами после смерти короля Гостомысла Вендского. Воспоминания о чём дошли с вендскими переселенцами и до нашего Новгорода, основанного спустя почти век после этих событий. (Хотя мы отметим, что так называемое “Рюриково Городище” то есть “Первоновгород”, был основан всё-таки, в середине 9 века.) 

Так же в перессказе “Иоакимовской летописи” из работы “История Российская”, В.Н.Татищева, Гостомысл предстаёт в качестве князя в неком “Великом граде”. Он является дедом Рюрика, сына дочери Гостомысла, Умилы, и по этой причине был призван из варяг в Новый град великий ко Ильменю (Т. 1 гл. 4): 

“(…) Люди же, терпевшие тяготу великую от варяг, послали к Буривою, испросить у него сына Гостомысла, чтобы княжил в Великом граде. И когда Гостомысл принял власть, тотчас варягов что были каких избили, каких изгнали, и дань варягам отказался платить, и, пойдя на них, победили, и град во имя старшего сына своего Выбора при море построил, заключил с варягами мир, и стала тишина по всей земле. Сей Гостомысл был муж великой храбрости, такой же мудрости, все соседи его боялись, а его люди любили, разбирательства дел ради и правосудия. Сего ради все близкие народы чтили его и дары и дани давали, покупая мир от него. Многие же князи от далеких стран приходили морем и землею послушать мудрости, и видеть суд его, и просить совета и учения его, так как тем прославился всюду.

(…) Гостомысл имел четыре сына и три дочери. Сыновья его или на войнах убиты, или в дому умерли, и не осталось ни единого его сына, а дочери выданы были соседним князьям в жены. И была Гостомыслу и людям о сем печаль тяжкая, пошел Гостомысл в Колмогард вопросить богов о наследии и, восшедши на высокое место, принес жертвы многие и вещунов одарил. Вещуны же отвечали ему, что боги обещают дать ему наследие от утробы женщины его. Но Гостомысл не поверил сему, ибо стар был и жены его не рождали, и потому послал в Зимеголы за вещунами вопросить, чтобы те решили, как следует наследовать от ему от его потомков. Он же, веры во все это не имея, пребывал в печали. Однако спящему ему пополудни привиделся сон, как из чрева средней дочери его Умилы произрастает дерево великое плодовитое и покрывает весь град Великий, от плодов же его насыщаются люди всей земли. Восстав же от сна, призвал вещунов, да изложил им сон сей. Они же решили: “От сынов ее следует наследовать ему, и земля обогатиться с княжением его”. И все радовались тому, что не будет наследовать сын старшей дочери, ибо негож был. Гостомысл же, предчувствуя конец жизни своей, созвал всех старейшин земли от славян, руси, чуди, веси, меров, кривичей и дряговичей, поведал им сновидение и послал избранных в варяги просить князя. И пришел после смерти Гостомысла Рюрик с двумя братья и их сородичами. (Здесь об их разделении, кончине и пр. согласно с Нестором, только все без лет). (…) Когда Игорь возмужал, оженил его Олег, выдал за него жену от Изборска, рода Гостомыслова, которая Прекраса звалась, а Олег переименовал ее и нарек во свое имя Ольга. Были у Игоря потом другие жены, но Ольгу из-за мудрости ее более других чтил”.

Реальность “Иоакимовской летописи” в настоящее время также часто отвергается. Хотя, как мы уже говорили, существуют исследования, показывающие, что некоторые данные которые приводил Василий Никитич со ссылкой на неё, подтверждаются другими источниками, которые не могли быть известны Татищеву. На эту тему существует целая литература, из последних работ можно указать обзорную статью С. Азбелева “Новгородская Иоакимовская летопись”, опубликованную на сайте Переформат, а также тексты С. Кончи “Исследования о летописи Иоакима” и “Вопрос о достоверности Иоакимовской летописи и археология”. Особенно наглядными ключевыми моментами у обоих является информация о пожаре в Новгороде, а также о Долгих или Длинных стенах у Дуная. Что касается описания Гостомысла из пересказа Татищева – интересным представляется, что тот правил в неком “Великом граде”, что хорошо соотносится с названием одной из ободритских столиц – Мекленбург (буквально “Великий город”). Этим именем названа и немецкая земля, ныне занимающая большую часть бывшего Ободритского королевства. По-славянски он назывался, вероятно Велигардом. Так что, возможно, сведения, приведённые Татищевым – это тоже подлинные отголоски преданий южно-балтийских варягов, переселившихся на Волхов! 

Гостомысла, связанного с Рюриком, упоминают, как мы уже сообщали, и некоторые западные авторы. Например, Сигизмунд Герберштейн, лично посетивший Россию в 16 веке, который ссылается, при этом, на русские летописи. 

Немец Бернард Латом в своём фундаментальном труде 1610 года (I. M. Bernhardi Latomi, Wismariensis Megapolitani Genealochronicon Megapolitanum) рассказывает о том, как у русских не было правителя и это прекратил один мудрый человек в Невгарде (Newgard) по имени Гостомысл (Gostomissel), давший им совет. Приняв который, русские пригласили трёх братьев из Мекленбургского герцогства: Рурика (Rurick), Синора, или Синарcа (Sinor-Sinars) и Треувара, или Трувера (Treuwar-Truver), сыновей убитого датским королём мекленбургского правителя Годлаиба (Godlaib). Сведения Латома отличаются от текста Герберштейна, хотя саму его книгу он упоминает. При этом Латом рассказывает также о Готлибе, как об отце Рюрика, чего у Герберштейна нет. Зато некий ободритский правитель Готлиб, как мы это продемонстрируем чуть ниже, действительно упоминается в одной из франкских хроник. Причём в связи с захватом ободритского города Рерика. Менее, чем за 40 лет до походов Людовика II. Так что, в его труде могут присутствовать, как сведения из русских источников, которые поведал Герберштейн, так и собственно немецкие данные на эту тему! 

В любом случае, как мы полагаем – аргументов в пользу того, что Рорик, король язычников из сообщения Ксантенских анналов от 845 года, на самом деле, был ободритским королём, приемником погибшего годом ранее короля Гостомысла вполне достаточно для того, чтобы самым серьёзным образом принять это всё во внимание. 

Мог ли он стать нашим Рюриком? Мы полагаем, что вендские Гостомысл и Рорик могли, попасть на Русь вместе с переселенцами с Южной Балтики в Приладожье и Приильменье, во-первых, в качестве героев придания. Этот вариант, на наш взгляд, действительно, возможен. Следов самих же выходцев из балтийско-славянских земель на севере Руси очень много. Они просматриваются как по археологическому материалу – идентичная, или близкая к южно-балтийской, керамика, одинаковые гусли, утварь, оружие, украшения, монеты, однотипные очаги, похожие жилища, вероятно, храм и даже крепости, так и по лингвистическим данным – новгородский диалект расценивается многими лингвистами как близкий именно к северо-лехитскому славянскому говору, а равно и по антропологическим, в частности, краниологическим исследованиям. Но это отдельная тема, которую мы намерены рассмотреть в специальном обзоре. Нет ничего удивительного в том, что часть населения Южной Балтики, столкнувшись с сильной экспансией Франкского, а позже и собственно Немецкого государств, с постоянным военным и религиозным давлением, могла искать для себя более спокойные места обитания в тех землях в Восточной Европе, которые им были давно знакомы по торговым и военным экспедициям. Что относилось как к варинам из Старигарда, так и к русинам с Рюгена, волынянам с Волина, и поморянам из Щецина и Колобрега. 

При этом, ободритский Рорик, мог прийти на Русь и лично, что называется “во плоти”. В этом, на наш взгляд, также нет ничего невозможного. И действительно стать основателем правящей династии в новом государстве. Что касается датировки этого события – по русским источникам, призвание Рюрика должно было произойти около 862 года. Хотя это событие могло случиться и раньше, учитывая, что ушедшие от него Аскольд с Диром, видимо, ходили на Константинополь уже в 860 году. А может быть и раньше. Но, что любопытно, следующим по упоминанию королём ободритов после Гостомысла, погибшего в 844 году и Рорика, с которым велась война в 845, является король Табомысл, упоминаемый франками именно в 862 году. Сюда же можно отметить, что само королевство Ободритов во франкских источниках частенько именуется Славией, а население Новгорода, по Повести временных лет, во-первых, было от рода варяжска, а во-вторых, составляли его словене.     

Теперь возвращаясь к Рорику Датскому, тому самому брату Херильда “Младшего”. Мог ли этот человек стать нашим Рюриком? Детали описания его жизни – говорят скорее об обратном! Давайте сравним: он упоминается впервые в нескольких франкских хрониках с 850 года. Когда мы уверенно можем сказать, что речь идёт именно о нём – ибо его именуют норманном, братом Хериольда Младшего, вернувшим свой фамильный лен в Дорестаде. 

Последний раз этот Рорик лично упоминается в 873 году, после чего его след теряется. В сообщениях 80-ых годов 9 века о нём уже указывается лишь то, что ранее он был владельцем лена в Дорестаде, которым после него владеет его потомок, точнее племянник, сын его брата Хериольда. При этом, в 50–ых годах 9 века, Рорик активно борется за власть и за феоды в Дании. И в 60-ых годах также несколько раз упоминается в Западной Европе (в 863 и 867 годах). 

Рюрик Новгородский, в это же самое время, должен был заниматься активной деятельностью по управлению своими обширными землями на севере Руси: ставить новые города, раздавать уделы своим соратникам, воевать с соседними племенами. В общем укрепляться и контролировать доходную торговлю Балтики с Востоком. Которая велась тогда через Ладогу и Полоцк, имевшие выход к морю, а равно и Изборск, располагавшийся недалеко от Псковского озера, также соединённого с Балтикой. Именно там, а также в Белоозере, Ростове и Муроме, находившихся на пути на Волгу, Рюрик, по “Повести временных лет” размещает своих братьев, а потом также и просто ставленников: 

“В лѣто 6370. (...) И изъбрашася трие брата с роды своими, и пояша по собѣ всю русь, и придоша къ словѣномъ пѣрвѣе. И срубиша город Ладогу. И сѣде старѣйший в Ладозѣ Рюрикъ, а другий, Синеусъ на Бѣлѣ озерѣ, а третѣй Труворъ въ Изборьсцѣ. И от тѣхъ варягъ прозвася Руская земля. По дъвою же лѣту умре Синеусъ и братъ его Труворъ. И прия Рюрикъ власть всю одинъ, и пришед къ Ильмерю, и сруби город надъ Волховом, и прозваша и́ Новъгород, и сѣдѣ ту, княжа, и раздая мужемъ своимъ волости и городы рубити: овому Полътескъ, овому Ростовъ, другому Бѣлоозеро. И по тѣмь городомъ суть находницѣ варязи; пѣрвии населници в Новѣгородѣ словенѣ, и в Полотьскѣ кривичи, Ростовѣ меряне, Бѣлѣозерѣ весь, Муромѣ мурома. И тѣми всѣми обладаше Рюрикъ”  

По сообщению поздней новгородской летописи, Рюрик погибает в 879 году в крепости Корела, к северо-востоку от современного Петербурга, в сражении с местным племенем. Там же оказался и погребён. Всё это достаточно сильно отличается от того, что нам известно о Рорике Дорестадском, или, если угодно, “Околоютландском”. 

При этом, что также немаловажно – несмотря на то, что как мы выяснили, собственно датские источники, такие как “Роскильская хроника”, “Деяния Данов”, Саксона Грамматика, а равно и более поздние немецкие источники, личность Рорика, брата Гериольда, всё-таки знают, хотя и путают его имя с формами Хорик, Орик и Эрик, тем не менее, о выдающейся его карьере на Руси, или на Восточному пути – все эти источники хранят полнейшую тишину, стопроцентное молчание! Следовательно, всё же – этот человек не имеет отношения к нашему Рюрику. Ибо представить себе, чтобы, например, тот же Саксон Грамматик, который ставил своей целью прославление любого дана, хоть чем-то отметившегося в истории, промолчал бы о том, что Рорик, которого он называет Эриком, стал королём на Руси – просто невозможно! Значит об этой сфере деятельности Рорика (именуемого также иногда Хориком, Ориком и Эриком), брата Хериольда – в Дании никому, ничего не было известно! 

Теперь скажем также несколько слов ещё и о таком удивительном феномене, как то, что собственно датские источники упорно путают имя этого деятеля с другими, действительно датскими именами. А под именем Рорик, он известен только франским источникам! Учитывая всю предысторию этого имени, которую мы сполна продемонстрировали выше, а именно то, что имя Рюрик-Рорик было с древности известно в Галлии, а равно и у захвативших её франков. При чём, носили его, как члены высшей франской знати, так и высшие церковные иерархи, включая нескольких святых, всего не один  десяток упоминаний – на наш взгляд, достаточно логично предположить, что своё имя Рорик Дорестадский получил вообще во Франконии! Возможно, при крещении, как условии возвращения ему Фризского лена его брата. А о том, что перед возвращением ему Дорестада, Хлотарь подверг Рорика крещению, прямо заявляют “Бертинские анналы” под 850 годом: 

“Король норманнов Хорик начал в войну с двумя напавшими на него племянниками. Примирившись с ними посредством раздела королевства, Рорик, брат Хериольда, ранее отложившийся от Лотаря, собрал войско норманнов и на многих кораблях разорил Фризию, остров Батавию, другие места на Рейне и Вахалю. После того, как Лотарь не смог этому воспрепятствовать, он обратил его в [христианскую] веру, и пожаловал Дорестад и другие графства.”  

Именно при крещении – “варварам” присваивались христианские имена, к коим безусловно относилось тогда и имя Рюрик/Рорик. Примеров тому много – и среди ободритской, и среди скандинавской знати той эпохи, представителям которых, при крещении давались разные по происхождению, христианские имена. И таким образом – это вообще не скандинавское имя. И к норманнским именам типа Хрёрик, а тем более – Хорик, Орик и Эрик, оно не имеет никакого отношения. В Дании настоящее имя Рорик начинает появляться только с 12 века. Когда эта страна была уже глубоко христианизирована и сама активно занималась распространением христианства. 

Правда, что касается христианской карьеры Рорика Дорестадского, то в последнем сообщении о нём “Ксантенских анналов” за 873 год, наш герой назван “желчью христианства”. И на этот раз, он кстати был упомянут как Ruorich. То есть христианской веры этот лидер, видимо, всё же не стал придерживаться особенно строго. Тем не менее, на наш взгляд, перед нами пример бытования у датчанина именно тогдашнего франкского христианского имени Рорик, или Рюрик. 

И точно таким же образом – данное имя могло попасть к ободритам. Либо при каком-то “притворном крещении” самого Рорика “Вендского”, например, в том случае, если он был назначен на роль повелителя ободритов Людовиком II после того, как тот убил Гостомысла, либо, например, в результате брака его предка с франкской женщиной, которая могла принести данное имя в его семью. 

Хотя полностью отбрасывать вероятность того, что Рорик Дорестадский, “порезвившись” в государстве франков, в конце концов, возможно, через союз с ободритами и русинами Рюгена, обосновался у нас в Ладоге – тоже, вероятно не следует. Однако это кажется менее вероятным, учитывая расхождения с тем, что мы знаем о нём и о нашем Рюрике. А также учитывая следы существования собственно Рорика Ободритского. Но не следует забывать, что причина подобных не очень точных совпадений может заключаться в крайней скудности и обрывочности самих сведений о деятельности Рюрика Новгородского, оставшихся в наших летописях.

______________________________

Слава Руси, Слава Перуну! 

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.