swinow wrote in oldrus

Categories:

"Русь – норманны".

Существует один средневековый источник, который именует русь норманнами, однако, прежде чем подробно рассмотреть его, давайте изучим само это понятие – норманны. Что это такое, откуда оно появилось и что означает?

В скандинавских сагах, записанных в 13-14 веках, нередко употребляется слово норманны (точнее Norðmaður, Norðmaðr, Norðmenn, Norðmann и т.д. в их вариантах написания). В отличие от пресловутого слова викинги, которое никогда не применялось в качестве самоназвания скандинавов, слово Norðmaður (произносилось очень приблизительно, как “норманур”) действительно используется для общего обозначения скандинавов. В сагах так частенько называют представителей любых скандинавских народов – норвежцев, данов, шведов, исландцев, гётов, готландцев, гренландцев и прочих. А равно и всех этих народов вместе взятых. Это на самом деле являлось тогда обобщающим самоназванием скандинавских племён.   

При этом в западноевропейских латиноязычных текстах, с начала 9 века также достаточно нередко упоминается слово норманны: Nortmanni, Nortmannos, Nordmanni, Nordmannis, Nordmannos. Так именуются участники нападений на западноевропейские христианские государства. Особенно часто это понятие упоминается во франкских хрониках, описывающих их нападения на города и земли Франкской империи. Собственно, впервые оно употребляется, видимо, именно во франкском источнике, а именно в работе хрониста Эйнгарда “Жизнеописание Карла Великого” (первая треть 9 века), где, в контексте их столкновений с франками, впервые упоминается о норманнах

“От западного океана к востоку протянулся некий залив, длина которого неизвестна, ширина же нигде не превышает ста тысяч шагов, хотя во многих местах является меньшей. По берегам его живёт множество народов; даны и свеоны, которых мы называем нордманнами (Nordmannos), заселяют северное побережье и все близлежащие острова (…)“

Как нетрудно понять, речь в данном сообщении идёт о Балтике и её обитателях. 

Ещё одним знаменитым франкским источником является “Всемирная хроника” авторства Регино, аббата Прюмского монастыря, располагавшегося в Лотарингии, недалеко от Трира, которая известна также, как “Хроника Регино” (вторая половина 9 века). Аббатство этого монастыря дважды подверглось разорению норманнами – в 882 и в 892 годах. Рассказывая об их нападении, Регино запечатлел ужасные картины: норманны всё опустошили, многие монахи были убиты, остальные уведены в рабство; грабители унесли к своим кораблям непомерно большую добычу и погрузив её, ушли в открытое море. 

Помимо этого, многие франкские хроники, а вслед за ними и немецкие источники упоминают норманнов, нападавших на Саксонию, Фризию, Франконию, Италию, Париж, Руан, Гамбург, Кёльн, Нант и т.д. и т.п. С моря империю Франков тогда атаковали в основном датчане, поэтому термин норманны нередко чередуется в этих источниках с более узким этнонимом даны (Danos, Dani, Danis и т.д.). Кроме того, франкские тексты часто именуют нападающих такими выражениями как “язычники” (“pagani”), “пираты” (“piratae”), “варвары” (“barbari”). Описывают эти тексты также и многочисленные войны с соседними славянами, упоминая их также как язычников, или варваров, иногда называя их вендами, славянами, или, например, конкретизируя, что это были ободриты, или велеты/лютичи. Терминология в отношении как славян, так и скандинавов зачастую используется идентичная, однако в виду того, что славяне были континентальными соседями франков, войны с ними велись, обычно, на суше. Нападениям же с моря, франки подвергались действительно, в основном со стороны скандинавов. Главным образом, датчан! И когда мы видим у франков описания норманнов, нападающих с моря – это и правда почти всегда скандинавы, и, скорее всего – конкретно датчане. Иногда, возможно, также норвежцы. Норманнам то удаётся разграбить какие-то города и провинции, то от них успешно отбиваются. Потом франки и немцы ходят в ответные походы на их земли. В ходе одного из которых (в 10 веке, при немецком императоре Оттоне I, Великом)  Дания оказывается разбита, а тамошнего короля Харальда Синезубого принуждают принять крещение. 

Нападение на Линдисфарн.
Нападение на Линдисфарн.

Однако, помимо континентальных, в основном франкских, описаний морских нападений на Европу со стороны норманнов, имеется также обширная литература описывающая нападения неких весьма свирепых язычников на Англию! Начинается это в 793 году, с разграбления монастыря на острове Линдисфарн, у берегов английского графства Нортумберленд. 

"Англосаксонская хроника" (велась с 5 по 12 век) говорит следующее: "В этот год (793 год) страшные знамения явились в Нортумбрии и сильно испугали её обитателей: удивительные зарницы (яркие вспышки молний) и огненные драконы, которые летали в воздухе. Вскоре после того начался великий голод, а затем в январские (скорее всего на самом деле – июньские) иды язычники напали на Божью обитель на Святом острове, разграбили и разрушили её и убили монахов".

Об этом же говорит Алькуин (735-804): "Триста пятьдесят лет мы и наши отцы жили в этой прекрасной земле, и никогда прежде не творилось такого ужаса в Британии, что испытали мы теперь от безбожного племени. Никто и не мыслил себе такого нападения с моря, не знал, что оно возможно. Только взгляните на церковь Святого Кутберта, где всюду пролилась кровь священников, забрызгавшая украшения. Было ль место более благочтимое в Британии? И оно пало добычею язычников".

В результате нападения монастырь был разграблен, монахи частично перебиты, частично вывезены в плен, были похищены священные сосуды, переплёт евангелия, сделанный из драгоценных металлов, драгоценные дароносицы, одеяния и прочее.

Нападения язычников на Британские острова продолжались около 250 лет. В настоящее время их относят к норманнским завоеваниям Европы. Однако характерно, что сами английские тексты, повествующие об этих событиях – не знают слова норманны, которое постоянно употребляется на континенте! Совершенно не используют они, кстати, в отношении нападавших и разрекламированное ныне слово викинги. Англо-саксонские источники той поры, описывая жестоких морских грабителей именуют их, как правило, “язычниками” (“pagani”), “пиратами” (“piratae”), “варварами” (“barbari”). А иногда и того хлеще – грабителями, безбожниками, убийцами, поджигателями, врагами христианского мира, и даже дьявольским отродьем.

Однако, несмотря на то, что слово норманны в английских текстах практически отсутствует – скандинавы безусловно принимали активное участие в нападениях на Британию. Считается, что разграбление Линдисфарна было совершено норвежцами. При этом, норвежцы с датчанами – в дальнейшем даже стали прямо захватывать земли на Британских островах и переселяться туда. Организовав, в итоге, обширные и многочисленные подконтрольные себе территории. 

Но при этом, неоднократно, в самих же английских текстах, среди атаковавших Англию, указываются и некие вандалы (а этим термином всё средневековье именуются, северные славяне, включая иногда даже русских!) Давайте рассмотрим это подробней: 

Роджер Вендоверский, записал в первой половине 12 века в своём труде “Цветы истории” (Floribushistoriarum) под 838 годом следующее:

“A . D . 838 (…) Misit (…). Deus (…) Danos scilicet et Norwegenses , Gothos et Swathedos p , Wandalos et Fresos – – per annos ferme 230 terram (…) deleverunt”“ 

838 год. Бог послал датчан, норвежцев, готланцев, светидов, вандалов и фризов, и те почти 230 лет разрушали землю [Англии]”. 

Далее, в середине 13 века об этом же сказал Матфей Парижский в “Великой хронике”:

“Misit ergo eis Deus omnipotens gentes paganas et crudelissimas, velut apum examina, quæ ne quidem sexui muliebri aut parvulorum parcerent ætati, Danos scilicet et Norwegenses, Gothos et Suathedos, Wandalos et Fresos, qui ab exordio regis Æthelwlfi supradicti usque ad Normannoruni adventum, per annos ferme ducentos triginta, terram hanc peccatricem a mari usque ad mare et ab homine usque ad pecus deleverunt” 

Выдающийся русский историк 19 века, академик Степан Гедеонов в книге “Варяги и Русь” приводит похожий фрагмент со ссылкой на Матфея Вестминстерского:

“Как датчане с норвежцами, шведы с готами, так фризы приводятся у северных летописцев в связи с вендами (Danos et Norvegenses, Gothos et Swathedos, Wandalos et Freses. Math. Westm. Bromton Chronic. ap. Twysden)”. (М., Русская панорама, 2004, С. 177)

Кроме того, есть как минимум один источник, который описывая нападавших на Англию, упоминает среди них конкретно поляков и лютичей! Они тогда вместе с другими народами входили в коалицию под руководством датчан. Речь идёт о тексте “Церковная история” английского хрониста Ордерика Виталия, написанном в первой половине 12 века. Относительно похода 1069 года, датского короля Свена Эстридсена на Англию автор заявляет, что Свена поддержали поляки, фризы и саксы с лютичами. 

Хотя это уже был самый конец нападений на Англию, всё же, в виду важности этого сообщения, давайте приведём соответствующий отрывок целиком в оригинале (IV, 7): 

“Hic ingenti potentia pollebat, universas regni sui vires contrahebat, quibus a vicinis regionibus et amicis auxilia magna coacervabat. Adjuvabant eum Polenia, Frisia necne Saxonia. Leuticia quoque pro Anglicis opibus auxiliares turmas mittebat. In ea populossima natio consistebat, quae gentilitatis adhuc errore detenta verum Deum nesciebat; sed ignorantiae muscipulis illaqueata, Guodenen et Thurum Freamque aliosque falsos deos, immo daemones colebat”. (Momumenta Germaniae Historica, T. 20, Hannover, 1868, Orderici Vitalis Historia Ecclesiastica. Liber IV, SS S. 55)

Интересующий нас фрагмент можно перевести следующим образом: “поддержали его Польша, Фризия и Саксония. Лютиция также предоставила наёмников.”  

Важно подчеркнуть, что упоминания этих самых вандалов и поляков с лютичами содержатся в самих английских текстах, описывающих нападения варваров. Это и есть описания этих самых нападений! По крайней мере, часть из них! И там прямо заявляется, что участвовали в этом не только скандинавы. Таким образом, мы можем заключить, что помимо данов с норвежцами в атаках “норманнов”, как минимум, на Англию – принимали участие представители и южно-балтийских народов. Раз уж сами средневековые англичане твердят об этом! 

Кроме того, европейские источники, помимо нападавших на государство Франков язычников, норманнами именуют также потомков осевших в некоторых областях Европы выходцев с севера, которые организовали там свои государства – герцогства, или королевства. К таковым относится, например, Нормандия на севере современной Франции. Представитель которой – Вильгельм Завоеватель, в 12 веке захватил Англию, основав там нормандскую династию. Норманны Вильгельма, по сути были, уже скорее французами: они говорили по-французски и были христианами, хотя отчасти сохраняли свои древние имена и предания о своём происхождении! Было своё норманнское государство и на Сицилии, в Средиземном море. Эти самые, французские и итальянские норманны – также иногда упоминаются в тех, или иных европейских хрониках, принимая участие в различных европейских событиях, но прямого отношения к диким язычникам, нападавшим на Европу они уже не имеют.

Фрагмент гобелена из Байё, с изображением Вильгельма Завоевателя.
Фрагмент гобелена из Байё, с изображением Вильгельма Завоевателя.

Интересно, что в некоторых немецких и французских источниках, имеются утверждения об изначальном происхождении норманнов из Скифии. К таковым, например, относится так называемый “Саксонский анналист” (Annalisto Saxo). Под 853 годом в этой хронике сообщается, что тех людей, которые вышли из нижней Скифии, зовут на варварском языке норманнами, то есть людьми с севера, ибо вначале они пришли из этой части света. Это же сообщение повторяется в несколько расширенном виде под 1053 годом:

“Норманны зовутся на варварском языке “северными людьми” потому, что пришли поначалу из этой части света. Отправившись почти 166 лет [назад] во главе с неким герцогом Ролло из нижней Скифии, что лежит в Азии, от реки Дунай на север и плывя по Океану, они часто по пиратскому обыкновению тревожили набегами и германские, и галльские берега этого Океана, пока, наконец, не пришли в ту Галлию, что обращена в сторону Британии, – Францией тогда правил Карл, по прозвищу “Простоватый”, и не овладели в ней городом Руаном, вплоть до сего дня [эта территория] зовётся по их имени Нордмандией. Позднее, укрепившись там, они пытались протянуть свои руки и далее”.

“Хроника герцогов нормандских”, составленная в 12 веке Бенуа де Сент-Мором также указывает, что предками нормандских герцогов были непокорные племена, жившие когда-то между Истром (Нижним Дунаем) и Океаном, воинственные и достаточно многочисленные, чтобы нападать на большие королевства. 

Возможно, эти сведения отражают сохранявшиеся у знати средневековых нормандцев предания о том, что в её состав когда-то могли влиться сарматы, или аланы, мигрировавшие, начиная с первых веков новой эры с юга Восточной Европы, на запад и северо-запад континента. Возможную связь аланов со Скандинавией, вероятно, можно продемонстрировать асами Одина из Саги об Инглингах, поскольку их имя легко может быть сопоставлено с самоназванием алан Подонья, которых русские летописи и венгерские источники именовали “ясами”, а грузинские источники – “осами”. Нынешнее ответвление аланов – это осетины. Об этом, в своё время, говорил ещё А.Г.Кузьмин. Но речь в этом случае, конечно, об очень древних этнических процессах. 

Под самими же норманнами из средневековых европейских источников, действительно, чаще всего понимались именно выходцы из Скандинавии, или осевшие в Европе их потомки! Но, при этом, всё же, не всегда только они! 

Иногда, это понятие предстаёт более расширенным и включает в себя и другие народы тоже!  В связи с этим, интересным является следующий источник, который используется представителями скандинавской версии в качестве доказательства скандинавской природы руси. Речь об уже неоднократно упоминавшимися нами сочинение “Воздаяние” (10 век) авторства жившего в Лангобардском королевстве на севере Италии, Лиутпранда, епископа Кремонского, в котором тот называет русь нордманнами. Правда он расшифровывает это в самом же своём тексте просто как “северяне”. 

Лиутпранд, в слово нордманны совершено определённо не вкладывает никакого этнического смысла, но только лишь строго географический. В его работе есть два сообщения, которые поклонники скандинавского происхождения руси пытаются связать со своими “гребцами”. Однако Лиутпранд ровным счётом ничего, не говорит ни о каких гребцах. Он понимает название руси, как связанное с её внешним видом. А нордманнами характеризует её просто потому, что это северный народ. Обо всём этом он говорит самым прямым образом – не оставляя возможностей ни для каких инсинуаций! Мы уже частично рассматривали его свидетельства. Давайте теперь рассмотрим их полностью.

Первый раз он называет русь нордманнами здесь: (I.11.) "Город Константинополь, который прежде именовался Византием, ныне носит имя Нового Рима, расположен посреди свирепых народов. Ведь с севера его ближайшими соседями являются венгры, печенеги, хазары, русь, которых иначе мы называем нордманнами, а также болгары" (Habet quipped ab aquilone Hungarios, Pizenacos, Chazaros, Rusios quos alio nos nomine Nordmannos apellamus,…) При этом, в этой его фразе местоимение qui стоит в аккузативе множественного числа (“quos” – “которых”) и таким образом, очевидно, что название "нордманны" в данном месте Лиутпранд относит не только к руси, но ко всем четырём перечисленным народам, обитающим к северу от Константинополя. В этом отрывке, он, видимо опирается на следующий фрагмент текста Константина Багрянородного "Об управлении империей", где о “северных народах” сказано следующее: (13. 24,25) "Если потребуют когда-либо и попросят либо хазары, либо турки (венгры), либо также росы, или какой иной народ из северных и скифских (...)’ оригинал: “εἴτε Χάζαροι εἴτε Τοῦρκοι, εἴτε και Ῥῶς ἢ ἕτερον τί ἔθνος τῶν βορείων καὶ Σκυθικῶν". 

Во второй раз Лиутпранд именует русь таким же образом здесь: (V, 15.) "Ближе к северу обитает некий народ, который греки (Greci) по внешнему виду называют русью (Poυσίoς), мы же по местонахождению именуем нордманнами. Ведь на тевтонском (Teutonum) языке nord означает север, a man – человек; поэтому-то северных людей и можно назвать нордманнами". “Тевтонским языком” Лиутпранд именует, здесь, разумеется, тогдашний немецкий. Ибо язык настоящих древних тевтонов к его времени давным-давно исчез. 

Лиутпранд прямым текстом говорит, что называет русь нордманнами просто потому, что она живёт на севере! Слово нордманны означает в его понимании просто “северяне”! Рюген, как и Восточно-Европейская Русь, конечно же, находится к северу и от Италии, и от Греции, и от прочих “цивилизованных” на тот момент частей Европы, собственно – как мы уже говорили, Рюген расположен и от Скандинавии не так далеко, по сути, являясь частью этого большого региона. Но рассматривать это сообщение, как доказательство этнической принадлежности руси к скандинавам – весьма чрезмерно!  

Лиутпранду видимо вторит и автор текста рубежа 10-11 веков, “Венецианской хроники” (Chronicon Venetum) Иоанн Диакон. Повествуя об известном и по русскому источнику, нападении руси на Константинополь в 860 году, Иоанн заявляет следующее: “В это время, народ норманнов на трёхстах шестидесяти кораблях осмелился приблизиться к городу Константинополю. Но так как они никоим образом не могли нанести ущерб неприступному городу, они дерзко опустошили окрестности, перебив там многое множество народу, и так с триумфом возвратились восвояси”. Здесь кстати, стоит отметить, что указанный рассказ отличается от версии, основанной на византийских источниках и изложенной в нашей “Повести временных лет”, согласно которой, этот поход закончился не триумфом, а гибелью русских кораблей от бури. Но, видимо, это было византийским “отмщением на бумаге”, а на самом деле – ничего плохого с ними тогда не случилось. 

Помимо текстов Лиутпранда Кремонского и Иоанна Диакона, а также английских источников, имеются и другие указания на то, что под “северянами”, раннесредневековые источники не всегда понимали только скандинавов. 

Так в “Хронике” Титмара Мерзебургского видим эпизод о захвате в плен и выкупе Свена I Вилобородого (960-е - 3.02.1014). Приведём цитату:

(VII, 36)  “Этот упомянутый выше, не правитель даже, - говорю я, - но разрушитель, после смерти своего отца был захвачен восставшими норманнами, но освобожден подчиненными ему людьми за огромный выкуп”.

И об этом же событии есть параллельное сообщение и в сочинении Адама Бременского:

(II, 29(27)) “Ибо когда он начал войну против славян, то дважды попадал в плен и уводился в землю славян, а затем столько же раз выкупался данами за огромные суммы золота”.

Как видим, в данном случае Титмар Мерзебургский называет норманнами балтийских славян, с которым боролся и в плен, к которым дважды попадал незадачливый датский король Свен I Вилобородый. Это хорошо согласуется с приведёнными выше сведениями из английских источников о том, что среди народов, грабивших Англию, присутствовали некие вандалы, или венды, а также конкретно – лютичи и поляки. 

В связи с этим приведём ещё один интересный факт. В некоторых франкских источниках, описывающих западную часть южного побережья Балтики, частенько упоминается весьма любопытный термин – Nordliudi!  Который выглядит как симбиотичное слово, составленное из германского корня “норд” и славянского “люди”. Что, в свою очередь, видимо лишний раз заставляет предположить о наличии среди пресловутых “северян” носителей славянского языка. 

Термин “Nordliudi”, “Nordleudi” часто встречается во франкских анналах. И применяется к жителям Трансальбингии, или Нордальбингии – земли, расположенной к северу от нижнего течения Эльбы (Лабы), к северу от нынешнего Гамбурга. Эта область является основанием полуострова Ютландия. То есть, данный термин применяется по отношению к людям, обитавшим на крайнем западе южного берега Балтийского моря. Древнесаксонская поэма “Heliand”, наиболее ранние списки которой относятся к 9 веку, постоянно его использует. Иногда утверждается, что он применяется по отношению к местным саксам, жившим в стороне от основной Саксонии – “за Эльбой”. Среди многочисленных групп этой области, связываемых с саксами, в источниках упоминаются, например, Nordalbingi, Nordsuavi, Norththuringun, Nordliudi. 

К северу от Эльбы, уже за пределами Трансальбингии, примерно по реке Слее (или Шлее) проходила граница данов. Но там же находились и пределы земель ободритов (включая вагров, варинов и т.д.).

Процитируем один из источников, упоминающих нордлюдей за Эльбой. Это уже цитировавшиеся нами выше “Анналы Королевства Франков 741-829”, Эйнхарда. (“Annales regni Francorum”) – погодные монастырские записи, охватывавшие период 741-829 годов. В этом источнике, в записях за 798 и 799 годы, проживавшие за Эльбой население, названо нордлюдьми:

“Sed in ipso paschae tempore Nordliudi trans Albim sedentes seditone commota legatos regios… Nordliudi contra Thrasuconem ducem Abodritorum et Eburisum legatum nostrum conmisso proelio acie victi sunt… Domnus rex… Carlum filium suum cum medietate ad conloquium Sclavorum et ad recipiendos, qui de Nordliudis venerunt, Aaxones in Bardengauwi direxit”.

Через несколько лет, в погодных записях за 804 год название Nordliudi заменяется на более привычное Transalbianos:

“Aestate autem in Saxoniam ducto exercitu omnes, qui trans Albiam et in Wihmuodi habitabant, Saxones mulieribus et infantibus transtulit in Franciam et pagos Transalbinos Abodritis dedit”.

Ещё через несколько лет, в 812 г. погодная запись, говоря о Заэльбской области, использует уже название Nordmannorum, рассматривая Эльбу как норманнскую границу и соединяя с именем Normannorum имя Danorum:

“Missi sunt de hoc conventu quidam Francorum et Saxorum primores trans Albim fluvium ad confinia Nordmannorum. (…)Quibus cum pari numero – nam XVI erant – de primatibus Danorum in loco deputato occurrissent (…)” 

Касательно русского слова люд(и) давайте рассмотрим сведения о его происхождении из словаря Фасмера: 

Происходит от праславянского, от которого, в числе прочего произошли украинское и белорусское люд, церковнославянское людъ, словенское ljûd, древнечешское l᾽ud, чешское lid, польское lud; отсюда лю́ди, множественное число: украинское лю́ди, древнерусское, старославянское людиѥ, болгарское лю́де, сербохорватское љу̑ди, словенское ljudjȇ, чешское lidé, древнечешское l᾽udiе, словацкое l᾽udiа, польское ludzie, верхнелужицкое ludźo, нижнелужицкое luźe, полабское l᾽äudé, далее древнерусское, старославянское людинъ "свободный человек" (см. Ягич, AfslPh 13, 294), украинское люди́на "человек", древнерусcкое люжанинъ.

Родственно литовскому liáudis "народ" (Буга, ИОРЯС 17, 1, 47), латышскому l̨àudis "люди", литовскому liaudžià "домочадцы", древневерхненемецкому liut "народ", средневерхненемецкому liute, бургундскому leudis "свободный муж (человек)", а также греческому ἐλεύθερος "свободный (человек)", латинскому līber – то же, līberī "дети", пелигнскому loufir "свободный", далее древнеиндийское rṓdhati "растет", готское liudan "расти" (сравните род, наро́д); см. Бернекер 1, 758; Траутман, ВSW 160 и сл.; М.–Э. 2, 531; Эндзелин, СБЭ 83 и сл.; Торп 375; Вальде–Гофм. 1, 792 и сл.; Мейе–Эрну 631 и сл.; Уленбек, Aind. Wb. 254. Нет основания говорить о германском происхождении слова люд, вопреки Пайскеру (90), Траутману (там же), Хирту (РВВ 23, 355), Сергиевскому (ИРЯ 2, 354).

То есть данное слово является общеславянским, имеющим праславянское происхождение. К тому же, через праиндоевропейский язык, оно родственно некоторым похожим словам в других индоевропейских языках. Встречаются подобные формы, в том числе и в германских наречиях. Однако обратите внимание, что ни древнее верхненемецкое liut, ни средневековое верхненемецкое liute, которые территориально примерно соответствуют тем землям, где писались указанные немецкие тексты – не является особенно близкими к написанию “liudi”, или “leudi” из зафиксированных в немецких источниках терминов “Nordliudi”, “Nordleudi”. А вот славянские формы, например, древнерусское людиѥ если их передавать латиницей – вероятно, вполне могли бы быть записаны таким образом. 

Здесь стоит отметить также, что земли Трансальбингии (как равно и некоторые другие саксонские области), после завоевания саксов, были надолго переданы франкскими императорами во владение своим союзникам, ободритским королям, в благодарность за их помощь в покорении Саксонии. И там весьма заметно древнее присутствие славян – и по археологическому материалу, и в топонимии и т.д. Славяне проникали в эту область видимо, ещё с очень ранних времён. 

К числу “народов севера” прямым текстом причисляет балтийских славян и Гельмольд в своей “Славянской хронике”.  Приведём соответствующий фрагмент из его текста:  

“I, 6. Среди всех северных народов одни лишь славяне были упорнее других и позже других обратились к вере. (Inter omnes autem borealium nacionum populos sola Slavorum provincia remansit ceteris durior atque ad credendum tardior. Употреблён латинский эквивалент “тевтонскому” норманны: borealium nacionum).  А как выше сказано, славянских народов много, и те из них, которые называются винулами, или винитами, в большей [своей] части относятся к Гамбургской епархии. Ибо Гамбургская церковь, помимо того, что она, будучи столицей митрополита, охватывает все народы или государства севера, имеет также определенные границы своей епархии. В нее входит самая отдаленная часть Саксонии, которая расположена по ту сторону Альбии, называется Нордальбингией и населена тремя народами — дитмаршами, гользатами, штурмарами. Оттуда граница тянется до земли винитов, тех именно, которые называются ваграми, ободритами, хижанами, черезпенянами, и [дальше] до самой реки Пены и города Дымина. Здесь лежит граница Гамбургской епархии. Поэтому не следует удивляться, что достойнейшие пастыри и проповедники евангелия, Анскарий, Реймберт и, шестой по порядку, Унни усердие которых в обращении народов стяжало им такую великую славу, столько труда вложили в попечение об обращении славян, но ни они сами, ни их помощники никаких плодов, как мы читаем, у них не достигли. Причиной этого было, как я считаю, непреодолимое упорство этого народа, а не равнодушие проповедников, которые до такой степени были преданы делу обращения народов, что не жалели ни сил, ни жизни”.

Гельмольд который пишет на латыни, в данном отрывке использует латинский аналог термина норманны, называя разных обитателей региона Балтики “северными народами”. И говоря о том, что из всех северных народов, славяне последними перешли к христианству – он абсолютно прав. Балтийские славяне действительно сделали это последними, намного позже датчан, норвежцев, соседних трансальбингских саксов, и даже шведов! 

Вероятно, те норманны, которые грабили, например, франкские Руан, Нант, или Париж – были в основном, выходцами из скандинавских стран. Однако, в любом случае, из представленных источников видно, что словом “норманны”, или “нордманны”, то есть “северяне”, далеко не всегда называли только скандинавов. В некоторых европейских текстах понятие северные народы, северяне означало разные племена, обитавшие на севере. Называли так в том числе, жителей Южной Балтики. При этом там же, на юге Балтики бытовала любопытная разновидность этого термина, в котором в качестве корня, обозначающего человека, вероятно, использовалось славянское “люди”.

В пользу тесной связи средневековых скандинавов и обитателей южного берега Балтийского моря говорят также недавние исследования польского археолога П. Урбаньчика (Przemysław Urbańczyk) из Института Археологии и Этнологии Польской Академии Наук. Он несколько лет проводил раскопки на северо-востоке Исландии, в местечке Sveigakot около озера Myvatn. В ходе которых, было обнаружено присутствие среди самых ранних колонистов Исландии заметного числа выходцев с Южной Балтики, из междуречья Вислы, Одры и Эльбы. Это было установлено в результате обнаружения остатков характерных для этого региона жилищ (квадратных полуземлянок), не имеющих аналогов у скандинавов. Идентичные строения, кстати говоря, находят и на севере Руси. Напомним – Исландия действительно является государством, основанным скандинавами. И получается, что в её колонизации помимо выходцев из Норвегии явно принимали участие также южно-балтийские венды. Причём, что особенно подчёркивает Урбаньчик – речь идёт именно о свободных колонистах, вольных переселенцах. Это интересное обстоятельство, так как оно свидетельствует о том, что южно-балтийские народы и пресловутые скандинавские норманны на самом деле, были весьма тесно связаны, вплоть до совместной колонизации новых земель. А, следовательно, венды также вполне относились к числу “северян” в широком смысле этого слова – северных варварских народов, известных в других частях Европы, хотя этнически скандинавами они не являлись. 

То, что этому уделялось недостаточное внимание и это не понималось учёными прошлого – является, на наш взгляд, всего лишь досадным следствием господства шовинистических скандинавских (и шире - германоцентристских) учений которые сильно повлияли на всю историографию об этом регионе. 

Ладья.
Ладья.

Любопытным также является то, что один из крупнейших шведских авторов 16 века, писавших в то время, когда шведы ещё не впали в безудержное самовосхваление, Олаф Магнус (Olaus Magnus) в своей работе “История северных народов” (Historia om de nordiska folken) опубликованной в 1555 году, средневековый термин Nortmannos вообще не отождествляет с жителями Скандинавского полуострова. Для обозначения скандинавов, как жителей севера он (наряду с другими шведскими авторами той поры) использует латиноязычные термины, а не это слово на основе германского Nord. Напротив, Магнус живописует пиратские нападения новгородцев на Балтике и Белом море (называя новгородцев рутенами и московитами) и сопоставляет их деятельность со свидетельствами из “Хроники Регино” (9 век), которая одной из первых подробно описывает нападения норманнов на Франкское государство. 

Магнус считает Nortmannos иностранцами. Глава, в которой он сравнивает способ московитов перетаскивать суда из воды в воду с аналогичными свидетельствами из Хроники Регино о норманнах, так и называется “О подобном у иностранцев” (“Om utländska motsvarigheter” / “De externis exemplis”).

Далее, в главе под названием “О пяти языках, на которых говорят в северных странах” (“Om de fem olika språk i de nordiska länderna”) он заявляет следующее:

“Там говорят на пяти языках – северо-лапландском или на языке жителей Ботнии, на московитском (русском), финском, шведском и гётском, а также – немецком”.

Из этого отрывка видно, что в понятие “северные народы” Магнус включал всю ойкумену Балтийского моря. То есть до описанного выше возникновения и распространения наукообразных шовинистических писаний о древнем величии скандинавов, повлиявших на всю последующую историографию, в Скандинавии, точнее, как минимум в Швеции достаточно трезво смотрели на данный вопрос. 

Битва при Каннах — между русью и норманнами.


Каролингский (он же франкский) меч, характерный для Европы рубежа 1-2 тысячелетий, найденный в России, в Гнёздово.
Каролингский (он же франкский) меч, характерный для Европы рубежа 1-2 тысячелетий, найденный в России, в Гнёздово.

О том, что русь явно этнически отличалась от норманнов (когда под последними подразумевались действительно потомки скандинавов) очень чётко заявляет один известный западноевропейский источник — “Хроника” Адемара Шабаннского (начало 11 века). Речь идёт о фрагменте этого текста, в котором описывается восстание против византийского господства, случившееся в Италии в 1017-1018 годах. Руководил им местный лидер по имени Мел. Поощряемый Римским папой и немецким императором, при поддержке лангобардских герцогов и норманнских наёмников он вёл борьбу против греческого владычества на Апеннинском полуострове. Но византийцами его восстание было раздавлено, точнее, разбито наголову при помощи русского войска. В Хронике Адемара об этом имеется следующая недвусмысленная запись:

“А когда норманнами (Normanni) правил Рикард, граф Руана, сын Рикарда, множество их во главе с Родульфом, вооружившись, двинулись к Риму, а оттуда, с согласия папы Бенедикта – в Апулию, все опустошая. Против них Василий направляет войско, и в двух и даже в трех сражениях побеждают норманны. В четвертой схватке с народом русь (Russi) они были побеждены, и повержены, и превращены в ничто, и без числа влекомы в Константинополь, где до конца жизни томились в темницах. (…) Тогда на три года была перекрыта дорога на Иерусалим, так как из-за гнева на норманнов греки хватали и отводили в Константинополь всякого путешествующего, кого только ни встречали, и там бичевали их в темницах”.

Сражение, о котором идет речь, в котором принял участие русский корпус, состоявший на службе у византийского императора, и разгромивший норманнов – произошло в октябре 1018 года при Каннах. Мел после этого бежал к германскому императору Генриху II.

Как мы видим, русь здесь не называется норманнами (под которым в данном случае, действительно понимаются потомки скандинавов) и совершенно не отождествляется с ними. Если бы этнически это были одни и те люди, то вероятно, Адемар указал бы, что одна часть норманнов воевала с другой. Например, западные норманны – против восточных. Но ничего подобного нет даже близко. Русь – это особый народ и в хронике он совершенно не тождественен представителям норманнов. Кроме того, автор довольно точно передаёт славянское название руси – Russi. Похоже, что приведённая им форма заимствована из славянской среды.  

Что касается развития указанного конфликта – после 1021 года греки принялись отстраивать в Италии крепости. А позже приступили к отвоеванию Сицилии. В связи с чем, снова упоминаются русские! На этот раз, об этом говорят Барийские анналы (охватывают 605-1043 годы). Под 1027 годом в них сообщается: 

“В этот год китонит Испон пришел в Италию с большим войском, а именно руси (Russi), вандалов, турок, болгар, влахов, македонцев и других, намереваясь захватить Сицилию. И катепан Вулкан восстановил Реджо. Но грехи помешали: на второй год умер император Василий, и они все вернулись ни с чем”.

Здесь также нет никакого намёка на отождествление руси со скандинавами. А вот вандалы – то есть жители Южной Балтики (в реалиях средневековых источников) упоминаются совместно с этими самыми русскими.  


Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.