swinow wrote in oldrus

Category:

Славянизация Балтийской Руси.

Судя по ряду источников, народ русь, обитавший изначально на Балтике,  позже захвативший обширные земли в Восточной Европе, первоначально не являлся славянским по языку. При этом, население острова Рюген, которое немалым количеством западных средневековых источников называется русскими — характеризуется в старинных текстах именно как славяне. 

Действительно, с 10 века, с начала более менее регулярных упоминаний в немецких источниках обитателей Рюгена — авторы этих текстов говорят, что это славяне, или венды. Называют рюгенцев в западных источниках либо вендами, либо славянами и источники 11 столетия. В 12 веке, когда их описывают наиболее часто и подробно, рюгенцы также постоянно указываются как славяне (венды, склавы, славяне). Именуют их таковыми, описывая их воинственность и непокорность, и Саксон Грамматик, и Гельмольд, и Адам Бременский, и прочие. Называют их славянами и те авторы, которые используют в отношении них, подобно восточноевропейским русским — термином «рутены». А это, например, Герборд и Эббон, а также Рагевин (все трое из 12 века).

Однако, ряд источников указывает на то, что исходная русь изначально не была славянским народом. 

Арабоязычный еврей Ибрагим ибн Якуб (Ибрагим бен Йа'куб), лично посетивший в конце 10 века западную и центральную Европу, включая южно-балтийские земли, а также Чехию и Польшу, рассказ которого сохранился лишь частично, в работах других арабоязычных авторов, например Ал-Бекри — заявляет следующее:
 

«(...) Город Прага построен из камней и извести. Она является самым большим торговым местом тех земель. В него прибывают из города Кракова русы и славяне с товарами. Точно так же приезжают к ним из земель турков мусульмане, евреи и турки с товарами и ходовой монетой. (...) С Мешекко (Мечислав I, Mieszko I,  польский король, комментарий Swinow) граничат на востоке русы, а на севере –  брусы. Брусы живут у Мирового Океана и имеют особый язык. Они не понимают языки соседних народов. (...) Названные русы нападают на них на кораблях с запада. (...) И главнейшие из племен севера говорят по-славянски, так как они смешались со славянами, как племена Ултршкин, и Анклий(ин), и Баджанакиа, и Русы и Хазары.»

Ибн Йакуб знает государство Русь в Восточной Европе (указывая его к востоку от Польши) но говорит, что русь нападает на пруссов на кораблях с запада. А это уже русь на Балтике, которая приходит из западной части этого моря. Если предположить, что на пруссов нападала восточноевропейская русь – по морю её нападения на Пруссию логичней было бы ожидать с севера. В обход Прибалтики, или из самой Прибалтики. Ещё проще русским из Восточной Европы прийти в Пруссию было бы с востока, по Неману! Также этот источник описывает присутствие руси в Центральной Европе – в Праге, куда она приходит из Кракова. Как известно, Краков стоит на Висле, которая впадает, разумеется в Балтику. Русь с Балтики, вероятно подымалась в город по этой реке. При этом, не исключено, что полный текст Йакуба содержал ныне утраченные более подробные свидетельства о балтийской руси. Интересно, что он прямо заявляет о переходе руси на славянский язык по причине смешения со славянами. 

Об изначально не славянской языковой природе руси говорит и Повесть временных лет: «А словѣнескъ языкъ и рускый одинъ. От варягъ бо прозвашася Русью, а пѣрвѣе бѣша словѣне» 

То есть те, кто во времена автора ПВЛ являясь славянами, именовались также и русью  — прозвались так в честь кого-то, кто славянами изначально не был. Вероятно, можно предположить, что, как минимум, в 9 веке, когда русь приходила с Балтики на будущую «Русскую равнину» — она ещё не была славянским по языку народом. 

Однако, если Рюген — это и есть исконная Балтийская Русь (а о том, что это именно Русь заявляет немало европейских текстов, в отличие от какой-нибудь Швеции, относительно которой таких упоминаний нет ни одного), и с определённого момента его обитатели именуется славянами, тогда получается, что в какой-то период, они становятся славянами, или, по крайней мере, начинают восприниматься своими соседями, как славяне.  

Давайте предположим, как мог развиваться данный процесс. Мы полагаем, что славянизация Рюгена могла происходить на нескольких уровнях, как «сверху», так и «снизу». В какой-то момент, Рюген мог получить славянскую, или славянизированую правящую династию, а также приток рядового славянского населения. Что могло начать славянизацию простого населения острова.  

Для понимания этого процесса давайте рассмотрим такой источник, как «Сага о Тидреке Бернском» (Thidhrekssaga) записанный в 13 веке в Норвегии. Этот источник включает в себя ранний европейский эпос, запечатлевший древнюю историю множества племён континентальной Европы. Описываются в нём времена  Атиллы и готского короля Теодориха Великого (именем которого данное произведение, собственно и названо). То есть примерно 5 век нашей эры. Однако, представлены там, вероятно, события и из других веков. Одной из глав Тидрексаги является Сага о Вилькинах (Wilkinasaga), которая повествует о могущественном конунге Вилькине, захватившем и управлявшим множеством земель на севере Европы. Ему подчинялись все прочие местные конунги. После него в некоторых странах остались править его потомки. О стране вилькинов (Вилькиналанде) и их конунге упоминается и в некоторых других главах этой саги, в частности, в Походах конунга Тидрека. Вилькины (вилькинаманны) это, без сомнения — одно из племён балтийских славян, упоминаемое в прочих источниках также как вельты, велеты, велетабы, вильты, вильцы, а позже известное, как лютичи. Сага о Тидреке Бернском содержит также частые описания неких русских. И эти описания могут быть сопоставлены с древней историей ругов. Хотя сюжет саги не всегда и не буквально соответствует данным из хроник, но некоторые параллели явно просматриваются. Сага содержит упоминание Земли Руси - Русиланда (Rúziland) (также Ruzcialand), сами русские упоминаются как RúzimennRúzinamenn), в других падежах — Rúzimanna, Rúzimönnum. Данный источник, видимо, содержит наложившиеся друг на друга образы балтийских и придунайских ругов эпохи раннего средневековья, а также восточноевропейских русских из чуть более поздних времён. Заодно также свидетельствуя о родстве и преемственности между этими группами. Важным мотивом саги является описание взаимоотношений между вилькинами и их конунгом, а также русскими и их конунгом. Указывается, что вилькины  одерживали множество побед над русскими и захватывали их города и земли. Потом же, после смерти конунга Вилькина, русские напротив, разорили его державу, захватили его земли, а сына Вилькина, признавшего власть русского конунга — отправили на царствование в некий Sviðioð (вероятно Швецию), которая также тогда подчинялась вилькинам. При этом некий Осантрикс, сын конунга русских Хертнида превозносит древность и знатность рода русских конунгов. Говоря об Атилле, он заявляет, что: “род его не так знатен, как были русские люди (Rusimenn), наши родичи” (гл. 44). Из-за чего случилась война уже между русскими и Атиллой, по результатам которой русские проиграв, влились в состав державы Атиллы. 

Вероятно, исходные руги-русские, не являясь славянами, подчинившись могущественному славянскому племени велетов,  захватившему когда-то господство над всей Северной Европой, а также смешавшись с его потомками и поглотив их, когда сами взяли над ними верх — в результате могли получить славянизированную династию. При этом, подобные события — подчинение соседним славянам, или, наоборот, покорение их, а также смешение с их правителями, могло происходить на Рюгене неоднократно. Отсюда, вероятно и проистекают рюгенские короли, которые носят славянские имена. 

А с какого-то периода, на Рюгене мы видим правителей с явно славянскими именами. 

Нам известно немало рюгенских королей, или князей. И все они называются, как правило, по-славянски: Саксон Грамматик в 12 веке описывает князей Тетислава (Tetis(z)lauus, Tetysclauus) и Яримара (Iarimarus, Gerimarus), пошедших на мировую с датчанами и признавших власть Вальдемара Великого. Они дали начало рюгенским князьям, правившим островом до 1325 года. Их потомками были несколько князей по имени Выслав (немецкие и латинские варианты написания Wizlaw, Wizlaf, Wizlaff, Wizlav, Witzlaw, Witzlaf, Witzlaff, Witzlav, Vizlav, Wislaw, Wieslaw, Vislav, Wislaus, Wizlaus, Vitislaus). Последними рюгенскими князьями, потомками местных древних королей были Выслав III и Самбор. Характерно, что Римский Папа Бенедикт XI в своём документе от 1304 года, прямым образом обращается к ним обоим, как к "возлюбленным сынам, знаменитым мужам, князьям русских": "Dilectis filiis nobilibus viris Wyselao et Zamburo Principibus Russianorum Fratribus etc. Benedictus Episcopus sevus servorum Dei”. 

Из франкской хроники мы знаем ободритского короля 9 века по имени Гостомысл (Gostomuisli) который в одном из более поздних немецких источников указывается также и как рюгенский король. Известен ещё один достаточно ранний рюгенский король (примерно конца 10 века) по имени Борислав (Burizlav), у которого несколько лет прожил Олав Трюгвасон, женившись на его дочери Гейре, возвращаясь с Руси, домой в Норвегию. Ещё одним, вероятно, рюгенским по происхождению, был король Круто (возможно Крутон), правивший Ободритским королевством в 11 веке. Но его имя не является до конца понятным. 

Так что, как видим, с какого-то периода у рюгенской знати преобладают  славянские имена. И объяснить это можно подчинением славянской династии, подобно описанным в Тидрексаге событиям, либо смешением со славянскими династиями (что могло происходить неоднократно). В итоге, рюгенская династия становится славянской, если изначально это были не славяне. Кроме того, в эти же периоды на остров могли попадать рядовые славяне — вместе со своими правителями. Что могло начать славянизацию самого рюгенского населения, местной руси. 

Однако, до каких пределов славянизация коснулась обычного населения и все ли жители Рюгена стали славянами? Интересно, что даже в 12 веке, на Рюгене и рядом с ним фиксируются явно не очень славянские имена и названия. Что видно, например, из текста Саксона Грамматика. Следовательно, можно допустить, что даже в этот поздний период, когда заканчивалось существование самого независимого языческого Рюгена — ещё не всё его население было полностью славянизированно! Давайте рассмотрим свидетельства Саксона. 

В XIV  книге своего монументального труда «Деяния данов», описывая войну, которую датский король Вальдемар Великий вёл против «склавов Ругии» и соседних земель на материке, долгое время до того терзавших Данию, Саксон Грамматик приводит некоторые личные имена местных жителей, а также топонимы, которые с большим трудом можно назвать славянскими. При этом другие названия и имена, которые он также приводит  — вполне узнаваемы. Описывает он, например, протоку Стрела (Strela) отделяющую Рюген от материка, протоку Свина рядом с Рюгеном, в Померании (Suina, или Zuyna), а её устье называет, например,  Swynensia ostia. Знает он вполне славянские по названию города Росток, Столп, Валогаст и т.д. Описывает деревню Острёзна (вероятно Острожна) недалеко от Валогаста (Вологошти). Упоминает он, помимо указанных выше рюгенских князей Яримара и Тетислава такие славянские имена, как Гнемир (Гнемер), Казимир (Каземар), Богуслав (Бугисклав), Прислав (Присклав), Домбор (славянское имя типа Самбор, Любор, Ратибор) и т.д. 

Однако,  он же описывает прославленного языческого ободритского короля Нуклета (в немецких источниках Никлот), с которым воевали и которого убили саксонцы, союзники Вальдемара Великого, в его войне против балтийских славян.  При этом в «Саге о Кнютлингах», Никлот именуется Мьюклат. Имя этого короля мы уже рассматривали — и оно не имеет понятной славянской этимологии. Хотя напоминает имя героя русских былин Микулы Селяниновича, которое содержит, видимо, древний индоевропейский корень, связанный по смыслу с огромностью и величием.  Описывая падение Арконы, Саксон упоминает также некоего рюгенца по имени Гранза, который был уроженцем города Карентия (Каренц — Каренция) и предложил данам помочь в переговорах о добровольной сдаче этого города. Отца этого Гранзы звали Литтог. Было бы преувеличением назвать типично славянскими имена этих обитателей Рюгена 12 века. Разве, что это были сильно искажённые Саксоном формы. Но другие, действительно славянские имена, он передаёт обычно хотя и не совсем точно, но всё же довольно узнаваемо. Так что — не исключено, что это подлинные формы. Просто они были не совсем славянскими.   

Касательно топонимии — Саксон описывает в землях склавов некую реку Гудакра, которая в похожей форме упоминается и в Саге о Кнютлингах. Вероятно это река Варнов, или её часть. Там поклонялись какому-то божеству с подобным именем. О священной роще Годерак на берегу Варнова сообщает и Арнольд Любекский. И это явно не славянская форма. Предположить в ней  нечто славянское довольно сложно. Ну, собственно, она и не германская. Уж не язык ли это тех самых варнов — варинов (возможно варингов), которые обитали где-то в районе Варнова с древних времён, и упоминаются там ещё с ранних античных текстов? Тех самых, чьё имя явилось позже основой для нашего слова варяги? И которые попав под ободритов стали в конце концов славянами варнами, или варновянами. На материке Саксон знает провинцию Бартик напротив Рюгена, вероятно окрестности реки, известной ныне в немецком как Barthe, которая протекает почти от Штральзунда до городка Барт (Barth). Известна ему и провинция Пол — островок, ныне известный по-немецки, как Пёль (Poel).  Остров известный ныне как Хидензее, к западу от Рюгена,  Саксон называет Хидим (Hythim), северо-восточную часть Рюгена, расположенную напротив Хидензее  он  называет Валунгия — Walungiam (в Саге о Кнютлингах она же называется Фалонг). Упоминает Саксон на Рюгене и местность Ясмонда, которая до сих пор носит почти такое же название — это полуостров Ясмунд. Всё это не очень понятные с точки зрения славянского языка названия! Да и само слово Аркона, коим именуется главная рюгенская крепость, подробно описанная Саксоном — не имеет понятной славянской этимологии и происходит, вероятно, от древнего индоевропейского корня, связанного по смыслу с торжествами.  

Для рюгенского полуострова, сохранившего и поныне в немецком языке вполне славянскую форму названия Виттов (Wittow), на котором расположена Аркона, Саксон приводит другой вариант именования — Видора (Withora), что вероятно также может свидетельствовать о бытовании на Рюгене в то время не только славянских вариантов названий. Хотя наименование ободритской крепости Илов он также приводит в искажённом виде — Иллога, так что, возможно, это какие-то неточности его передачи.   

Однако, на наш взгляд, приведённый материал из текста Саксовна всё же может свидетельствовать о существовании на Рюгене и в некоторых соседних с ним областях даже в 12 веке остатков какого-то не славянского языка, а вероятно и  бытовании там местами ещё не до конца славянизировавшегося населения. Как тут не вспомнить указание из Атласа Герара Меркатора о том, что в старые времена на Ругии говорили по-славянски, да по-виндальски. Да и сам Саксон, кстати, несколько раз называет земли балтийских славян Вандалией. 

Вообще, указанный регион, судя по всему имел достаточно интересную и сложную этническую историю – в нём и в его окрестностях с глубокой древности пересекались и соседствовали, по-видимому, разные группы индоевропейских народов: и балто-славяне, и различные племена германцев, и древние италики, и возможно другие разновидности индоевропейцев. Добирались туда и передовые римские легионы. Сарматы с аланами, также бывали там. Вероятно, имелось там и кельтское влияние. В этих землях и рядом с ними – жили разные племена. Что касается древнейшей топонимии Рюгена и окрестностей – она является, по преимуществу древней индоевропейской, оцениваемой некоторыми исследователями, как балтская, или даже архаично-славянская (по сути, слабо отличимая от древнейшей балтской). Более поздняя топонимия региона – ярко выражено славянская. Хотя присутствуют и названия из других языков. Может быть следует назвать древний местный язык Архаичным Индоевропейским языком Центральной Европы,  или Поздним Центрально-Европейским диалектом Праиндоевропейского? Исходный язык южно-балтийских вендов. Вероятно, он был родственен балто-славянским диалектам, но настоящим славянским языком всё же не являлся. Пока местное население не оказалось славянизировано благодаря притоку собственно славян. Археологически и культурно явно прослеживается прямая преемственность между тамошним древним “дославянским” и средневековым славянским населением. Немцами разработаны концепции каких-то особых археологических культур, якобы существовавших там до славян – но когда смотришь на сами артефакты, то особой разницы с находками славянских времён, на самом деле не очень заметно. Вероятно, изменение этнической принадлежности древнего населения, представляло собой постепенную ассимиляцию местных, по-видимому, родственных славянам племён в настоящих славян под влиянием притока туда собственно славян из областей, в которых те сформировались на основе более ранних праиндоевропейских общностей. При этом, всё это не исключает и влияния со стороны соседних германоязычных народов, как континентальных, типа франков и саксов, так и скандинавских. Более того, некоторые германские племена там и, правда, видимо, могли проживать какое-то непродолжительное время, как например, широко известные готы, имевшие длительную историю взаимоотношений с ругами.  

Когда морское племя русь приходило в Восточную Европу, населённую славянами, процесс смешения её с последними был достаточно понятен и ожидаем. Взаимная зависимость, а также перетекание руси и славян на просторах Восточной и Центральной Европы достаточно хорошо представлено в арабских источниках начиная с 9 века. В них описываются как постоянные столкновения между русью и славянами, нападения одних на других, так заявляется и то, что сама русь — это разновидность славян. Но и на своей балтийской прародине древняя русь, а равно и родственные ей соседние племена перешли на славянский язык. О том, как это происходило можно также составить некоторое впечатление исходя из арабских источников.

В восточных текстах начиная с 10 века постоянно твердят об Острове Руси, являющемся главной землёй этого народа, центром и источником, откуда русь приходит в другие страны. По всей видимости, это является описанием Рюгена, что мы рассматривали довольно подробно, какое-то время назад.  

Но в связи с нашим вопросом интересно отметить следующие арабские свидетельства: 

В труде 10 века “Худуд аль Алам” заявляется следующее: "Среди них [русов] есть одно из подразделений славян, которое им служит". 

Гардизи (11 век): "Постоянно по сотне и по двести [человек] они ходят на славян, насилием берут у них припасы, чтобы там существовать; много людей из славян отправляются туда и служат русам, чтобы посредством службы обезопасить себя".  

Персидский географ Ибн Хордадбех ещё в конце 9 века, рассказывая о торговли руси с Новым Римом (Византией) называет её разновидностью славян: "Что касается купцов русов, а они – вид славян, то они везут меха бобра, меха черных лисиц и мечи из отдаленных [земель] славян к морю Румийскому, и берет с них десятину властитель Рума". 

Отнесение русов к славянам можно увидеть также у Аль-Масуди (10 век). Этот автор часто пишет о них совместно: "славяне и русы" (обычно в качестве примера идолопоклонников). Кроме того, в одном из фрагментов, он говорит буквально следующее: "Мы упоминали при [описании] гор Кавказ и хазар, что в стране хазар [есть] люди из [числа] славян и русов, и они сжигают себя на огне. Эта разновидность славян и другие из них примыкают к востоку и [простираются] с запада."

Вероятно, славянизация населения Южной Балтики, включая рюгенцев, балтийской руси, осуществлялась помимо вторжения туда собственно славян также и в результате завоза туда славянской рабочей силы из других славянских земель. Это был сложный и многогранный процесс. В итоге рядовое вендское население Южной Балтики также постепенно славянизировалось смешиваясь с привозимыми славянами, которые должны были заниматься сельским хозяйством, или какими-то бытовыми работами. Породив в итоге особую разновидность местного славянского языка, которая отличалась большим числом архаичных черт. Элита же славянизировалась, контактируя с соседними славянскими династиями. 

Кстати, похожим образом в дальнейшем происходило и онемечивание данных территорий. Элита подчинившись Немецкой империи, смешивалась с немецкой знатью и переходила на немецкий язык, а также принимала немецкие имена, а рядовое население онемечивалось в результате притока в эти земли простого немецкого населения — переселенцев, крестьян и ремесленников. Которых приглашали сами же местные феодалы, зачастую потомки древней местной знати — чтобы те на них работали. 


Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.